Морфа

Зента с Лейком, как и ожидалось, обнаружились прямо за дверью. Великаншу я на миг приобнял, а винари утянул с собой. Пока Берт собственные сердечные дела улаживает, мне пора и своими заняться.

Мне было… Не страшно — жутко! И неловко. Я никогда не обещал Лейку взаимности. По правде говоря, и он ко мне любви не испытывал. Но это не значит, что он не станет ревновать. Смогу ли я объяснить, что Таир для меня больше, чем супруг и возлюбленный? Что он мне дороже жизни и воздуха, которым дышу? Что морфы хранят верность не потому, что связаны отношениями, а оттого, что для них не существует никого, кроме их избранника.

Таир так и стоял, как я его отпустил, в шаге от входа. И даже мера по-прежнему держал на руках — довольного, разомлевшего и урчащего.

— Лей, — во рту вдруг стало очень сухо, и я судорожно сглотнул, — познакомься, пожалуйста. Это — Таир. Моя пара.

Винари сделал шаг навстречу. Второй. Третий. Я не видел выражения его лица, зато ловил взгляд любимого. Таир смотрел на перворождённого в ожидании, без страха, но и без вызова.

— Ты!

Лейк выпалил это без вопроса, одно утверждение.

— Я так и знал, что это будешь ты! С той минуты, когда Каэн тебя приволок под личиной человека… Бездна! Ты хотя бы морфа?!

— Полукровка.

— Но у вас… будут дети?

— Будут.

— Десяток точно, — проворчал я, успокаиваясь. — Лей, это всё, что тебя волнует?

— Представь себе, да! — друг повернулся ко мне. — Ты ни о чём не переживал так, как о продолжении своего рода, Каэн. И, если уж я потерял тебя навсегда, я должен знать, чем утешиться!

— А очаровашки из магазина не подойдут? — ухмыльнулся я.

— Подойдут, — легко согласился Лейк. — Пока моя пара где-то бродит. Главное, — улыбнулся он Таиру, — ты больше не сбегай без предупреждения. Каэн и за человека-тебя готов был воевать со всем миром, страшно представить, на что он готов ради пары-морфы.

Мой любимый посмотрел на него внимательно, затем наконец-то оторвал от себя мера, спустил его на пол, подошёл к винари и что-то прошептал ему на ухо.

Лейк покачнулся. Смутился. Улыбнулся. И расцвел в улыбке:

— Ну, если так… Я тоже твой друг, Таир!

— Это что было? — подозрительно покосился на них я.

— Я открыл Лею своё имя, — спокойно ответил Таир. — Теперь он знает, что может мне полностью доверять. А я — ему.

— Ты ему ещё скажи, что наполовину — винари, — рассмеялся я, — тогда он тебя ещё и сражаться научит!

И кто тянул меня за язык?!

— Правда?! — раздалось одновременное.