Морфа

— Ты им ещё имена дай! — рассмеялся Таир.

— Возможно, и дам, — пожал я плечами, — дают же люди клички каесам.

— Ми-ми-и!

— И мерам! Раньше мы не называли строгов никак — сколько за тысячи лет сменится крылатых? Но в человеческом мире они живут едва ли не дольше людей… Таир, держись позади меня. Сейчас сниму защиту и заходим в дом.

Заклинание я снял быстро, но любимый заходить не спешил. Застыл у порога с мером на руках.

— Это твой дом, Каэн.

— И что? — непонятливо переспросил я.

— Твой дом, — повторил он, глядя на меня сияющими глазами.

— Разве ты не хочешь сделать всё, как полагается?

— Что именно? — нахмурился я. — Таир, я хочу как можно скорее увидеть Лея, и Зенту, и Берта…

— Это традиция, — тихо произнёс юноша, опуская голову, — наша древняя традиция.

— Таир, — виновато поспешил объяснить я, — меня семилетнего отдали людям. Я не знаю традиций своего рода, но сделаю всё, как ты скажешь.

— Ты должен пригласить меня войти… — Таир чуть не плакал.

— Значит, так! — Я подхватил его на руки вместе с вцепившимся мером и перенёс через порог.

— Я — невоспитанная морфа, разбирающаяся в традициях, как гворл — в священных гимнах. Ты — моя пара. Это — наш дом. Я тебя не просто пригласил, а притащил и никуда не отпущу. Возражения есть?

— Нет…

— Тогда, если я что-то нарушил, сделал неправильно или тебя обидел, выскажешь мне потом. А сейчас идём искать Лея! — Я поставил свою ношу на пол.

Винари уже сам летел мне навстречу — стремительным светлым потоком, несущимся вниз по лестнице.

— Каэн, наконец ты пришёл! Скорее! Пойдём! Он так хотел видеть тебя! Может, ты успеешь… попрощаться.

Его губы при последних словах дрогнули, голос сорвался. Я уже бежал за ним — холодея от догадки, от собственной нерасторопности…

— Я не подозревал, что на стуле осталась эта дрянь, — торопливо бросал мне Лейк на ходу. — Уже вставал, и тут… Заклинание испепелило бы меня! Ты знаешь, я вижу магию. Вижу! Но не могу ей управлять… после тех пыток внутри всё обрублено. Каэн, это я должен лежать и умирать! А вместо этого… вот…

Раскрытая дверь сразу показала мне всё.

Тело Берта лежало на кровати, наполовину обугленное. Целым оставался левый бок, рука и часть лица. Зента сидела рядом, держала пальцы вояки в своих и тихонько плакала, приговаривая — то ли песню без рифм, то ли древний, как мир, заговор: всё будет хорошо, обязательно, пусть и в ином месте…

— Он слабый маг, — всхлипнул рядом Лейк, — слабее всех, кого я знаю. Его хватило только на то, чтобы отпихнуть нас с Зентой.