Возвращение в Лазурный край

Я не знал - улыбаться, смеяться, пугаться? Но, кажется, за всё это время, я впервые почувствовал то, что окружающие называли радостью, просто глядя на скомканную белую простынь под собой и помятую чёрную одежду. Сегодня я впервые не видел этих снов. Но почему? Что изменилось?

К сожалению, обдумывать это было некогда. Телефон продолжал разрываться от звонков, ведь, по сути, я уже должен был быть одет, чтобы спускаться вниз к ждавшему меня автомобилю. И поэтому я вскочил с постели, сбросив на постель одну чёрную кофту, и тут же подлетая к шкафу, чтобы заменить её на другую, почти такую же.

Главным атрибутом у них был капюшон - а остальное уже не так важно.

Я предполагал, что сначала меня отвезут в офис и там отдадут в руки стилистам, и поэтому не сильно волновался из-за укладки или свежести своего лица. Я просто закрыл дверь в квартиру и убежал к лифту, стуча ладонью по кнопке и поджимая губы - я не должен был опоздать сегодня. А между тем телефон всё ещё выл у меня в руке.

Когда я оказался внизу, меня в самом деле уже ждала машина - а господин Кэрри стоял снаружи, скрестив руки на груди.

Он явно был зол на меня; а я же не знал, как поделиться своей радостью. Ведь я впервые нормально спал.

-У тебя, кажется, телефон звонит, - Мэттью приподнял идеально ровную бровь, и на его чистом лбу сложилось несколько складок. В самом деле, вызов всё ещё шёл, а я так торопился, что не решился отвечать. Потому я просто неловко улыбнулся мужчине, пожимая плечами. И, как ни странно, я услышал это:

-Ты в самом деле улыбаешься? - казалось, он был застигнут врасплох.

Тогда я снова коротко приподнял плечи, не понимая, что именно не так. Фотограф же даже позабыл о своём гневе, - Сегодня, видимо, правда особенный день.

Он отвернулся от меня и сбросил вызов на своём телефоне, следом тут же открывая дверь в салон заведённой машины. Я забрался вторым, и как только оказался внутри - мы начали путь в офис.

По дороге я не переставал спрашивать себя о том, что именно произошло, почему я наконец-то провёл ночь без доводящих до паранойи картин в своей голове.

Но объективных ответов не было, потому что все мысли сводились ко вчерашнему утру, не имея никаких оснований для уверенности, кроме ускорявшегося каждый раз сердцебиения. Такими темпами на моей коже начнёт появляться румянец.

Как я и предполагал, стоило мне оказаться в офисе, как меня тут же в буквальном смысле за руку утащила стилистка, самоуверенными движениями усаживая в кресло перед зеркалом с подсветкой.