Мама для демонёнка

— Я поняла, что вы очень рады меня видеть, но, увы, не могу ответить тем же, поскольку ничего не помню. Поднимитесь, пожалуйста, с колен и назовите своё имя.

— Ланцелоти, моя дорра. И моё сердце разрывается на части при мысли, что...

— Ланцелоти, серьёзно? — хмыкнула я. — Рыцарь Ланцелоти... ну, ладно. Значит, Лотти, давайте присядем, и вы ответите на мои вопросы.

Возможно, я себя повела невежливо с рыцарем. Дала ему уменьшительное имея, поставив тем самым ниже себя, грубо прервала уже вторую его фразу, но иначе, боюсь, я бы до завтрашнего вечера выслушивала комплименты в свой адрес, а мне нужно как можно скорее разобраться во всём происходящем.

Эрен, собака бешеная, точно знал, кого мне присылает якобы «на помощь».

К счастью, рыцарь умерил свои восторги, подождал пока я усядусь в кресло у камина и только после этого расположился рядом.

— Вопрос первый. Вы знаете, как я попала в этот мир первый раз и как смогла вернуться на Землю?

— Увы, моя дорра. Сие мне неведомо, но ваше появление озарило...

— Вопрос второй, — диалог с этим рыцарем на всю голову будет сложнее, чем я предполагала.

— Я не верю, что вы это сделали самостоятельно. В светлой магии, которой вы и я владеем, не существует такого заклинания, а я не верю, что вы, пресветлая королева, могли опуститься до демонических заклинаний.

— Значит, память можно вернуть с помощью магии демонов?

— Сие есть тайна великая. Демоны не раскрывают своих секретов светлым.

— Даже мне? Я хочу сказать: неужели король Рино-Эрен не раскрыл бы никаких секретов даже собственной супруге?

— Вы не раз делились со мной печалью по поводу того, что его величество хранит свои умения от вас в секрете.

Так я и думала, собственно.

— Значит, если я что-то узнала, то не от него... — проговорила я, кусая нижнюю губу. Поймала жаркий взгляд рыцаря, направленный на мои губы и всё же спросила:

— Какие отношения связывали нас с вами?

— Самые возвышенные. Такие, которые могут связать рыцаря и его леди.

— То есть исключительно платоническая симпатия? — уточнила я.

— Конечно! — воскликнул Лотти тоном оскорблённой невинности. — Я бы никогда и мысли не допустил ни о чём ином в адрес пресветлой королевы.

Правда, при этом рыцарь так очаровательно покраснел, что стало ясно: мысль он допускал. И, скорее всего, не раз.

На Земле мне стало бы приятно узнать, что симпатичный мужчина фантазирует на мой счёт, но в данном случае стало даже как-то немного противно.