Мама для демонёнка

В следующие десять минут я слушала лекцию о том, как съесть крохотное пирожное на тарелке с помощью десяти разных вилок.

Несчастный десерт ожидала изощрённая пытка. Его требовалось проколоть в нескольких местах одним инструментом, сделать надрезы верхней хрустящей корочки другим, третьем расчленить многострадальный десерт, а затем разными вилками подносить ко рту кусочки разной текстуры: хрустящие шарики для декора, гладкое пралине, воздушный бисквит, текучую прослойку...

— И ни в коем случае нельзя оставить на тарелки даже маленький шарик, — вещал демонёнок с умным и важным видом.

— Кристабель! — прикрикнула свекровь. — Как ты можешь такое говорить?

Девочка лукаво мне подмигнула и спросила:

— Ну, ты запомнила? Давай повторим.

И она заставила меня повторить процесс с самого начала. Ни один десерт в мире ещё так не утомлял меня, как это Ше-де-ля-Шер. Вспомнить всё я не смогла, поэтому Кристабель помогала.

— Да, берёшь, накалываешь, делишь, соскребаешь... Но можно сделать и так!

С этими словами маленькая хулиганка схватила пирожное со своей тарелки и целиком запихала в рот, после чего, не успев прожевать, объявила:

— А ф этот фаз у него пофучилоф офень фкусно!

Я расхохоталась. Эрен поджал губы, скрывая улыбку, и уставился в тарелку, видимо, делая вид, что не имеет отношения к этому ребёнку. Эльседора нахмурилась, а Лаилани брезгливо отвернулась.

— А фто? — брызгая крошками во все стороны, вопросила Кристабель. — Я пфинцеффа или не пфинцеффа? Имею пфафо!

Свекровь побагровела и уже открыла рот, чтобы отчитать ребёнка, но я устала от её нотаций, потому перебила инициативу.

— Бель, кстати, говорить, когда жуёшь, не только не красиво, но ещё и очень опасно. Можно и подавиться. Кушай, детка, кушай пирожное как тебе хочется.

— В каком смысле «как тебе хочется»? — возопила свекровь, но тут же осеклась, потому что...

Внезапно Эрен отбросила в сторону вилку, которой аккуратно надрезал хрустящую корочку, подхватил длинными аристократическими пальцами пирожное и засунул его целиком в рот.

Лаилани окинула моего супруга взглядом, полным ненависти. Интересненнько. Таких взглядов в сторону любимого мужчины не бросают.

Однако, веселее всего было смотреть на свекровь, у которой челюсть не просто упала, а валялась под столом.

— Рино-Эрен, — задыхаясь от бешенства, проговорила Эльседора.