Букет серебристой акации

Однушку во время заселения ему предложили как подающему надежды студенту. И чародей не видел смысла не воспользоваться этим, посчитав, что это может быть куда удобнее и приятнее, чем жить с кем-то еще.

Теперь же в очередной раз убеждается, что это очень кстати — и в то же время отчего-то внутренне замирает. Не привык он водить к себе гостей. А Леона не возникает и ничего не комментирует, следуя за ним. От этого одновременно и чуть спокойнее, и совсем немного тревожнее.

Комната у Кондора просторная и светлая, и Леона едва слышно хмыкает, переступая ее порог.

— И?..

Леона выглядит спокойной, не считая чуть напряженного изучающего взгляда, направленного на Кондора. Она приподнимает брови и не без интереса оглядывается. Кондор чуть морщится. Может, все же зря он это затеял?

— Это по поводу акации, — помедлив, произносит он все же негромко и проходит мимо Леоны к окну. Та поворачивается вслед за ним и вопросительно склоняет голову к плечу.

— Ты ради этого разговора притащил меня к себе?

— Не ради разговора.

Кондор тихо фыркает, закатывает глаза и молча отдергивает штору. На подоконнике стоит горшок с небольшим — во всяком случае, для обычной клумбы во дворе — кустиком серебристой акации, на ветках которого ярко желтеют цветочные шарики. Леона замирает, изумленно глядя на растение. Медленно подходит ближе и глубоко вдыхает — словно именно запах поможет наверняка определить, шутка ли то, что девушка перед собой видит.

— Но ведь это… — тянет она негромко и переводит взгляд на Кондора. Тот кивает и чуть усмехается — едва заметно и как-то очень расслабленно, словно и нет внутреннего напряжения.

— Да. Это акация.

— Но ведь ты хотел, чтобы я помогла…

— Ты меня избегала, а времени немного. Так что мне помог коллега. Тем более, это явно вышло быстрее, чем если бы и ты пыталась в этом разобраться.

Кондор разводит руками спокойно, и Леона едва не задыхается — не то от возмущения, не то от обиды.

— Ну да… — все же выдавливает Леона едва слышно и чуть улыбается. — Спасибо, видимо.

Тем временем Кондор медленно кивает и, развернувшись, отходит к столу. Леона так и стоит, завороженно глядя на акацию и пытаясь понять, что чувствует больше — благодарность или обиду.