Любимая ведьма охотника на демонов

Это из уважения к тебе. Да, именно так. Иногда я теряюсь и забываю, что когда-нибудь могу стать для тебя кем-то особенным.

— Значит, я не смог тебя убедить, что ты уже особенная для меня.

Он встал, обошёл стол и остановился за моей спиной. Его близкое присутствие оглушало.

Дамиан уже много дней избегал таких ситуаций, а сейчас вдруг нарушил все свои правила. И мне тотчас вспомнилась гостиная, столик с графином, и то, что произошло, когда Дамиан подошёл и коснулся моего плеча. Безумие, тогда охватившее нас, больше не повторялось, но иногда я вспоминала, мечтала, и те поцелуи тлели у меня на губах, а сердце колотилось в груди, как тогда, так и сейчас, когда он стоял так близко.

Я повернулась к нему, хотя лицо у меня, скорей всего, порозовело. Но смущаться, глядя на него, всё равно легче, чем, затаив дыхание, пытаться вырастить глаза на затылке.

— Только не бойся, — сказал он и придвинулся совсем близко, согревая теплом дыхания лицо, а затем что-то сделал с моими волосами. Он отступил на полшага и показал лист, который вытащил из моей причёски.

Оказывается, всё это время я ходила с таким сомнительным украшением, доставшимся от старого дуба. А Софи мне ничего не сказала, хотя, конечно, она ниже ростом и могла его не заметить.

— Спасибо тебе. — Я забрала лист из его руки. Наши пальцы на миг соприкоснулись, и ощущение томительной близости ещё возросло.

Он как будто чего-то ждал... и я ждала. Лишь подняла взгляд на него, невольно коснувшись им его губ. Сердце стучало всё быстрей и быстрей, хотя ничего не происходило.

Он всего лишь стоял рядом и смотрел на меня.

Горло совсем пересохло, я старалась сдержаться, думать, что делаю, но губы в итоге всё-таки облизала. Он это, конечно, заметил, я видела вспышку желания в его глазах. Смотрела в них — падала в бездну, тонула там с головой.

В столовой стояла оглушающая тишина. Мне казалось, частый стук моего сердца разносится на весь дом.

А затем Дамиан отступил от меня, и я прикрыла глаза и шумно выдохнула.

— Нам придётся нелегко, — сказал он низким голосом.

— Больше недели пути в одной карете, и ты будешь сидеть напротив меня или рядом, а я буду смотреть на тебя, чувствовать твой аромат, думать о том, как сильно хочу, чтобы нас ничто не разделяло — ни формальности, ни другие люди, ни даже одежда. — Дамиан взял меня за руку, коснулся пальцев губами. — Ты сведёшь меня с ума раньше, чем мы доберёмся до места.

Нарисованная им картина заставляла безрассудно мечтать, чтобы всё это сбылось.