Чуть-чуть о Моральном Облике

 Советским гражданам за границей категорически запрещается:

…

– использовать для поездок легковые и другие автомашины (кроме такси), принадлежащие незнакомым частным лицам;

– посещать ночные клубы, кинотеатры, в которых демонстрируются антисоветские или порнографические фильмы, и другие места сомнительных увеселений, а также участвовать в азартных играх;

– посещать районы, где проживают эмигранты или другие категории населения, враждебно настроенные по отношению к СССР, кафе или рестораны, в которых собираются члены каких-либо эмигрантских, реакционных и других организаций, а также участвовать в демонстрациях, митингах и собраниях, в том числе [организуемых] коммунистическими партиями, если это не входит в задачи командировки;

– посещать районы страны пребывания, объявленные закрытыми для иностранцев, без соответствующего разрешения на это властей данной страны;

– устанавливать и поддерживать непосредственно или через других лиц связи с иностранцами, если это не вызывается служебной необходимостью (о каждом случае установления контактов с иностранцами докладывать руководителю советского загранучреждения, а в необходимых случаях, предусмотренных в пункте 4 настоящих правил, также и помощнику посла по вопросам безопасности);

– брать при возвращении на Родину посылки и письма от советских граждан и иностранцев для лиц, проживающих в СССР;

– злоупотреблять спиртными напитками, появляться в общественных местах и на улице в нетрезвом виде;

– хранить свои личные денежные сбережения в иностранных банках (это не касается советских граждан, которые получают заработную плату в чеках) и участвовать в лотереях, сборах пожертвований и других подобных мероприятиях;

– производить обмен советских денег на иностранную валюту, если на то нет соответствующего разрешения;

– продавать или обменивать личные вещи;

– приобретать и ввозить в Советский Союз литературу, фильмы, магнитофонные записи, открытки и другую печатную продукцию антисоветского и порнографического содержания.

В Африку!

В 1982 году, когда мне был всего 21 год, я, еще пятикурсником Ленинградского филфака, прилетел работать в Мозамбик переводчиком португальского языка. Это стало возможным потому, что, во-первых, я сдуру учился на португальском отделении, а во-вторых, и это самое главное, наше, в смысле советское, присутствие в португалоязычной Африке, особенно в Анголе и Мозамбике, было очень внушительным по числу как гражданских, так и военных объектов.