Похищенная, или Жена из другого мира

— Глупости, — сгусток облетел меня кругом. — От нее исходят совершенно другие вибрации. Хотя она, безусловно, похожа на Анастейшу. И это странно.

— Само собой, вибрации изменились, — настаивал Морт, пока я благоразумно молчала. — Она ведь умирала. Смерть, знаешь ли, накладывает отпечаток. Это не прогулка в саду, Анастейша побывала на том свете.

Сгусток еще несколько раз облетел вокруг меня и повторил:

— Не она, — а потом, хихикнув, радостно пообещал: — Азриэл тебя убьет.

Я сразу поняла, о ком речь.

— Что он там делает? — поинтересовалась я у Морта.

Что-то мокрое упала мне на щеку. Я стерла и посмотрела на свою руку. Вода. Еще одна капля, и еще, и еще. В следующую секунду на меня обрушился настоящий ливень. Причем шел дождь исключительно надо мной. Морт и прочая часть гостиной оставались сухими.

Я, взвизгнув, попыталась сбежать из зоны поражения, но туча устремилась за мной следом.

Это была самая странная игра в догонялки в моей жизни. Я носилась по гостиной, на бегу обзывая сильфа последними словами, а он летал за мной в образе тучи и все поливал дождем. Морт благоразумно не вмешивался в наши разборки. Он вообще предпочитал пережидать неприятности в стороне.

Промокнув до нижнего белья, я решила, что с меня хватит. Остановилась, набрала в легкие побольше воздуха и гаркнула:

— Немедленно прекрати!

Не знаю, кто сильнее удивился – я или сильф, но дождь тотчас же оборвался.

— Как ты это сделала? — пропищал голосок.

— Что именно? — уточнила я.

— Ты приказала, и я подчинился. Сам того не желая.

— Ха! — победно выдохнула я. Пусть сейчас я похожа на мокрую курицу, но в этой битве я одержала верх. — Спутник во всем подчиняется своему хозяину, — сказала я то, чему меня успел научить Морт.

— Но ты не моя хозяйка.

— Выходит, все-таки она.

Сильф отлетел в угол, и теперь оттуда доносилось невнятное бормотание. Подойдя ближе, я расслышала:

— Недаром они так похожи. Значит, есть что-то общее. Ей передалась моя связь с хозяйкой. Я привязан…

— Вот именно! — провозгласила я. — Ты привязан и обязан меня слушаться. В первую очередь я приказываю тебе помалкивать. Ты никому не скажешь о своих подозрениях насчет меня.