Маленькие истории вселенского масштаба

Мечта о том, чтобы никто больше не проходил через боль утраты и сожалений. Но, – я почувствовала, как уголки моего рта поползли вверх и прислонилась лбом к барьеру – Даже в этом я превзошла тебя. Ты создал искусственный интеллект для помощи людям, а я использую настоящие. И ты хотел лишь помочь пережить последствия утраты, а я… Это даже звучит глупо и самонадеянно, как раз в твоем стиле. Я собираюсь устранить причину.

– «…But here I am, standing right in front of you, you knew my name…».

– И когда я стану достаточно сильной, чтобы захватить весь дурацкий Куст, я изменю его.

Ноль войн. Ноль интриг. Ноль боли. И ноль смерти, когда закончу. И тогда я сотру тебя. Обещаю.

Брендан не ответил. Он никогда не отвечал, никто не отвечает – когда я поглощаю их в себя, они становятся лишь новой информацией. Воспоминания, ощущения, мысли, все что они несли в себе становится частью меня. Если это полезно, конечно.

Жаль, что с ними нельзя говорить. А отвечать сама себе за них я, наверное, никогда не решусь.

У меня и так хватает поводов сходить с ума.

– Ты ужасный человек, Брендан, – вздохнула я и ощутила, как по щеке скатывается слеза. Я не смогла ее остановить – И вкус на девушек у тебя ужасный. Из-за одной Айдель, тебе пришлось создавать вторую, а мне… Убить тебя. И многих других. Ради твоей дурацкой мечты. Ради существ, которые даже не хотят избавиться от боли. Ради тех, кого приходится заставлять сделать им же лучше…

– «… Day comes after night. Dark and bright, black and white.

Over and over and over again. Как будто так будет всегда…».

– Чертовски верно. Что ж, – я оттолкнулась от невидимой стены и выпрямилась, стирая слезы. Нос предательски хлюпнул – Я лишь хотела, чтобы ты знал, что я не сдаюсь. И не сдамся. И однажды найдется та сила, что способна захватить весь Куст, смывая все предрассудки словно волна рассвета. И ей буду я.

Магнитофон продолжал крутиться, заставляя певца повторять давно истертые слова раз за разом. Я отвернулась от него, оставив Брендана за спиной.

Он всегда там, даже когда я покидаю комнату девятнадцать. Мой девятнадцатый день жизни стал концом для моего создателя и его коллег. И я не знаю, для кого станет концом семьсот тридцать тысяч пятьсот девятнадцатый.

Но я знаю, что это будет лишь очередной жертвой ради всеобщего блага. И ни одна из них не будет забыта.

Дверь тихо закрылась, отсекая последнюю строчку песни:

«…'Cause without me her life would be better.».