Дар: некромантия

Что еще он утаил от нее?

Глава 29 Огричи

Ни после уроков, ни на следующий день Лисса не пошла к Валерьяну.

Больно надо. Своих дел хватает.

Злилась на него за то, что утаил от нее правду. Не понимала, почему скрыл. Она же могла помочь.

Сконцентрировалась на своих нуждах в первую очередь. Нужно было найти подработку, денег было катастрофически мало. Но где? Обычно заработать можно было в близлежащих деревнях и селах, и в таверне. В таверну теперь не скоро пустят, а в поселение можно было наведаться. Туда Лисса и направилась, забежав перед этим на кухню и выпросив кусочек не печенья, так булочки.

В конюшне ее встретил труп лошади: лежащая в неестественно-изогнутой позе на спине с торчащими копытами, вся в грязи и слепнях, при ее приближении, вдруг открыла один глаз и уставилась на наглую рыжеволосую девицу, осмелившуюся потревожить ее сиятельство. Лисса помахала булочкой из стороны в сторону, показывая, что не просто так достопочтимую соизволила потревожить, а ввиду принесенного ранее обещанного ею десерта.

Глаз проводил десерт по той же траектории и, видимо пошел будить второй, потому что сначала он захлопнулся, а через секунду открылись уже оба. Лошадка медленно, но верно начала принимать нормальную форму коня, выгибаясь, изворачиваясь так, что кости трещали, и через минуту той даже удалось отогнать всех мух и слепней и даже чуть-чуть почиститься о стенку стойла.

Скормив булочку, Лисса вывела ту наружу, почистила скребком и щеткой, заодно немного понудев, что Одуванка могла бы и не зарываться в землю при необходимости.

Почему-то имя Одуванка ей пришло на ум, когда она ее отчитывала .. так и оставила.

- Ну что, будешь Одуванкой? – уточнила напоследок у госпожи лошади.

Та пожевывала кусок земли с копыта и фыркнула. Видимо, это было согласием. Надев на нее кое-как уздечку, - та отказывалась открывать рот и на уговоры не поддавалась, пока Лисса не сообразила надавить пальцами на основание рта и тот сам приоткрылся, а она быстро впихнула железяку на место. Радуясь победе, девушка накрыла круп попоной, затем потником, все закрепила и накинула седло.

Оставалось всего ничего: продеть подпругу в петли попоны и обернуть закрепы вокруг ремней, а затем закрепить подпругу. Здесь она провозилась еще минут тридцать. Одуванка навстречу ей идти не хотела, все время норовила улизнуть, отходила, брыкалась, пару раз скинув тяжелое седло с потником.

И вот, наконец, лошадь была оседлана и девушка счастливо забралась на нее и направила к ближайшей деревне Огричи.