Когда ночь сменяет день

Глава 24

Улица незнакомого города, справа и слева — жилые дома, редкие прохожие… Доминика нигде не было, и я побрела в первом попавшемся направлении, недоумевая, что это за место и зачем ему понадобилось тащить меня сюда. Мимо, разговаривая по мобильному, прошёл мужчина. Я с удивлением посмотрела ему вслед. Вне всякого сомнения, он говорил по-французски. Неужели я на родине Доминика? Но предположение рассеялось уже в следующую секунду. Навстречу мне шла темноволосая девушка в коротком белом плаще, в обеих руках она держала продуктовые пакеты… У меня задрожали колени, и, толком не успев ничего осмыслить, я бросилась в ближайший переулок, боясь оглянуться и надеясь только, что Дженни меня не заметила…

— Неожиданная реакция, — раздался за спиной насмешливый голос.

— Разве это не твоя лучшая подруга, chérie? Судя по фотографиям, покрывающим стену вашей гостиной, вы довольно близки, или я ошибаюсь?

Я растерянно обернулась.

— Как ты нашёл её?..

— Душа моя, ты забываешь, что для меня нет ничего невозможного.

Вообще-то я приберегал эту шутку для лучших времён, но, с другой стороны, почему бы и не теперь?

Глаза Доминика светились издёвкой, моя подавленность его, очевидно, забавляла.

— Хочешь сразу заглянуть к подруге или сначала прогуляемся по городу? Мы ведь, в конце концов, в Женеве! Ты знала, например, что Леман, озеро, придающее городу такой неповторимый колорит…

— Что ты собираешься делать? — перебила я его.

— Лучший способ догадаться, что будет — припомнить, что уже было, моя радость.

Но вопрос не в том, что буду делать я, а в том, как поведёшь себя ты.

— А как я должна себя повести?

— Ты спрашиваешь меня? Разве не ты только что объявила, что не позволишь мне лишить жизни кого-либо из твоих друзей?

Теперь речь шла не о какой-то Кристи или пьяном рокере, или безликом посетителе концерта. Смерть грозила Дженни — моей Дженни, с которой я жила под одной крышей, которой обещала ухаживать за цветами до её возвращения… Воспоминания проносились в голове одно за другим: вот Дженни таскается за лекарствами и поит меня чаем, когда в прошлом году меня свалил грипп; вот она всеми силами старается вывести меня из затяжной депрессии, когда я в очередной раз отчаялась найти в жизни смысл; вот мы отмечаем её день рождения, мой день рождения, празднуем, что её приняли на практику в Женеву… Я бессильно прислонилась к стене.

Доминик с любопытством наблюдал за мной.

— Я не говорила, что смогу тебе помешать.