Когда ночь сменяет день

— Неужели? — Доминик неторопливо направился к кровати. — Тогда зачем ты здесь?

— Хотел убедиться в правильности своих предположений. И, должен сказать, реальность превзошла самые смелые ожидания. Мне жаль тебя, Доминик.

— Не ожидал, что могу вызвать у тебя подобные чувства, — опустившись на кровать, Доминик обнял меня за плечи и коснулся губами моих волос. — Но, как бы меня это ни трогало, вряд ли я отвечу тебе тем же.

— И не стоит. Не думаю, что мне это понадобится.

Прозрачные глаза Арента задержались на мне, и я почувствовала, как всё внутри медленно сжимается в ком.

— Проклятый ублюдок, — процедил Доминик.

Высвободившись из его рук, я плотнее закуталась в покрывало и спрыгнула с кровати.

— Ты, конечно, знал, что он появится и подготовился к этому со всем старанием, — я кивнула на его обнажённый торс.

Доминик рассмеялся.

— На меня он едва ли обратил внимание.

— Кто бы мог подумать, что ты окажешься таким заботливым.

— Некоторые твои действия тоже весьма неожиданны.

Он, конечно, говорил о прошедшей ночи. Воспоминание о ней меня смутило, и, поспешно отвернувшись, я вышла на террасу. Вряд ли это был отель, скорее — частный дом, построенный на скалистом утёсе над морем. Место было потрясающим, открывавшийся вид заставлял забыть обо всём. Усыпанное звёздами небо, лунная дорожка, играющая серебристыми бликами на водной глади, и безмятежный покой.

— Кому принадлежит этот дом?

— Мне.

— Вот как? И этот тоже?

— У меня их несколько. Но, тот, в котором до сих пор жила ты, я просто снимаю. Город мне не нравился, я не собирался задерживаться в нём надолго.

Внизу тихо шумели волны. Ветер шевелил мои волосы, и они легко скользили по обнажённым плечам.

— Как ты смог выбраться из кольца освящённой земли?

— Вызвал в номер горничную, она её убрала.

— А если бы день застал тебя в этом кольце?

— Я бы перенёсся в мой мир.

— А на следующую ночь?

— Ты в самом деле находишь разговор интересным?

Он меня обнял, и я вздрогнула, хотя этого ожидала.

— Я почти поверила, что ты можешь высосать из меня кровь, чтобы я тенью следовала за тобой вечно.

— А я опасался, что ты не поверишь. Но правда в том, что я действительно не хочу тебя обращать.