Когда ночь сменяет день

Солнце садилось, времени на поиски дома Толлака практически не осталось… Я повернулась к Йенсу, наблюдавшему за мной со смесью недоумения и любопытства.

— Я ищу Толлака. Он тоже живёт где-то здесь в Орнесе в большом, скорее всего, старинном доме, который, вероятно, расположен в стороне от других.

— Толлак, Толлак…— задумчиво повторил Йенс. — Нет, не говорит мне ни о чём. Как его фамилия?

— Не знаю. Но его могу описать: высокий, худой, светловолосый…

— Каждый второй подходит здесь под это описание.

— У него глаза разного цвета, — с отчаянием добавила я.

— А, что-то припоминаю! Мой приятель Бьёрн рассказывал про своего соседа, странного неприветливого парня с разными глазами. Так его зовут Толлак? Имя какое-то доисторическое…

— Где он живёт? — перебила я.

— На другом конце города, за церковью. Дом, кстати, не старинный…

— Как туда добраться?

— На такси, — Йенс почесал за ухом. — Хочешь им позвонить?

Пока мы ждали такси, он написал на листке бумаги адрес своего приятеля.

— Дом этого разноглазого расположен немного дальше по той же улице. Номера я не знаю, но, думаю, для водителя этого будет достаточно.

Зажав в руке листок, я с отчаянием уставилась в окно. В лучах закатного солнца небо приняло зловещий кроваво-красный оттенок, как на картине Мунка "Крик". Как часто в последнее время хотелось закричать мне, громко, безудержно. Так, чтобы даже преисподняя содрогнулась от этого крика…

— Ты вообще откуда взялась? — спросил Йенс. — Давно в Норвегии?

Но к дому уже подъезжало такси.

— Огромное спасибо за помощь, Йенс! — и, не оборачиваясь, понеслась к машине.

Водитель оказался мрачным, неразговорчивым типом, от которого я так и не смогла добиться, сколько времени уйдёт на дорогу. Но, когда мы стояли на очередном светофоре, которых здесь было, кажется, больше, чем деревьев, необходимость в спешке отпала — солнце село. Я напряглась в ожидании привычного чувства холода, но его не было, и никто не появился: ни Арент, ни Доминик.

Когда впереди показались очертания церкви, я попросила водителя остановиться. Отсюда, по словам Йенса, до дома Толлака было недалеко, и, не желая привлекать к своему появлению особого внимания, я решила пройти остаток пути пешком. Таксист посмотрел на меня, как на умалишённую, и, выбравшись из машины, я поняла почему. Местность вокруг церкви была пустынной и неприветливой.