Когда ночь сменяет день

Я принесу всё необходимое.

Когда он ушёл, я рассеянно опустилась на скамью. Ещё один "стоящий меж двух миров", уникум человеческого мира, появление которого — такая редкость. И я встречаю его, хотя и надеяться на нечто подобное не приходило мне в голову. И что? Он знает даже меньше меня, и уже этим напуган. И слаб…

Отец Энтони вернулся быстро.

— Можем начинать, дочь моя.

Прислонившись к каменной колонне, я равнодушно наблюдала, как отец Энтони положил склянку на накрытый белоснежным покрывалом алтарь и, бормоча "In nomine Patris et Filii et Spiritus Sancti"[1], провёл обряд.

— Теперь эта земля освящена. Да поможет вам Бог.

— Спасибо, преподобный…

— Вам не за что благодарить меня. Я не могу оказать помощи, которая вам действительно нужна. А это, — он махнул на склянку, — не стоит упоминания.

Слабо улыбнувшись, я повернулась к выходу, но он вдруг спросил, и голос его дрогнул:

— Кто они, эти существа? Демоны?..

— Зачем вам это знать?

В светло-карих глазах преподобного отца мелькнула горечь.

— Не судите меня, дитя. Нам не дано выбирать, какими появиться на свет. Я, к сожалению, был рожден не дубом, а тростником.

— За что мне судить вас? Способность, подобная нашей, проявляется не часто, и я никогда не думала, что встречу другого, обладающего ею. Но вот встреча произошла, и я ощущаю своё одиночество сильнее, чем когда-либо…

— Одиночество — наш неизбежный удел, — тихо согласился отец Энтони. — Но, если вам потребуется утешение, или просто захочется поговорить, знайте: здесь вы найдёте человека, который вас выслушает.

Поколебавшись одно мгновение, я испытующе посмотрела на него.

— Я не знаю, способны ли мы видеть собственную смерть. Вы… можете сказать, коснулась ли она меня?

Лицо отца Энтони стало серьёзным, взгляд — задумчивым.

— Нет, дитя моё, я не вижу возле вас смерти. Но не вижу и жизни…

Покинув собор, я ещё долго и без цели кружила по улицам. В душе царил ад. Конечно, отец Энтони — всего лишь человек, а людям свойственно ошибаться, но всё равно его слова не шли из головы.

Хотя что с того? Разве даже зная что мне суждено умереть, я бы отказалась от задуманного? Совершенно непрошенно в памяти возникли давно забытые сцены из детства, первый день в школе, сосед по парте, с которым мы постоянно дрались, выпускной вечер, поступление в университет, первый год учёбы… Это время казалось таким далёким и нереальным, полным наивных надежд, над которыми теперь хотелось смеяться.