Академия для Пернатых. По дороге в ад

— Ты провела ночь с Рафалеоном? — понизив голос и недоверчиво округлив глаза, поинтересовалась Касия.

— О чем ты говоришь?! — Подруга недоверчиво вскинула брови, и я поняла, что мое возмущение не убедило ее. Она продолжала с удивлением смотреть на меня. Горестно простонав, я призналась: — Мы тренировались. И только.

Судя по серьезному выражению лица Касии, она поверила. Или… у меня за спиной стоял кое-кто из моей команды. В этот момент за спиной раздался пронзительный голос Ябеды:

— Ты тренировалась? — растолкав локтями ангелов, она решительно встала перед нами, вынудив нас с Касией остановиться.

И выразительно посмотрела поверх моего плеча.

— Привет, — раздались сзади голоса, принадлежащие Лютику, Мармеладке и Зазнайке.

— Здрасьте, — обернувшись, бросила я и свернула к ступеням, ведущим вниз на арену, мечтая, чтобы состязание скорее началось. Там будет не до разговоров.

— Почему? Почему вы нам ничего не сказали? — рассерженно цокая каблуками, увязалась за мной Ябеда.

— Мы с Лютиком знали, — неожиданно для всех призналась Мармеладка, явно надеясь успокоить одноклассницу. Но лучше уж она бы промолчала.

— Они! Они знали?! — и я затылком ощутила злобное сопение Ябеды не желающей отстать от меня.

— Кто-нибудь взял с собой платочек? — вяло спросила я, даже не собираясь оправдываться.— Дайте Ябеде.

Будь она добрее, возможно мы бы с Касией и прислали ей весточку.

— У меня есть, — послышался ехидный голос Зазнайки, нисколько не расстроившейся , что он оказался в числе не осведомленных.

И как мою скромную персону после этого с лестницы не спустили, — ума не приложу. Я готова была и в случае нападения собиралась взлететь. Меня грубо оттолкнули в сторону и Ябеда резво сбежала вниз. Чуть позже мы присоединились к ней.

На арену вели двухстворчатые посеребренные двери, украшенные замысловатым орнаментом

— Вместе до конца? — на автомате спросила я, глядя перед собой.

Я переглянулась с товарищами. Ребята были настроены решительно, и даже Ябида забыла про обиды и ответила мне кивком.

Гомон и голоса на трибунах разом стихли. Редкие опоздавшие на цыпочках пробирались к свободным местам. Ощущая на своих плечах напряжение, воцарившееся на трибунах, я вслушивалась в волнующее напряженное молчание, окутавшее зал.