Академия для Пернатых. По дороге в ад

— Ты околдовала Рафалеона? Приворот использовала? Зелье в еду подмешала? Признавайся! — пристала ко мне со странными вопросами Ламия. Подозреваю, что у нее, от удара головой об пол шарики за ролики заехали. Я думала, демоны более живучие.

— Не собираюсь я ни в чем признаваться, — возмутилась я, поражаясь, что демоница верит в бредовые россказни местных шарлатанов.

— Тогда гнить тебе в Пустоте, — зловеще пообещала мне Ламия и замахнулась для удара. Черный камень блеснул в свете магических ламп. Я приготовилась выпустить крылья.

Главное, чтобы не подвели.

Неожиданно раздались мягкие, чуть слышные шаги. Я отвлеклась, и нож демоницы снова оказался у моего горла.

— Уходи! — велела она Рафалеону. О присутствии демона сообщил ее дрожащий голос. Чувствовалось, что она боялась его.

— Умно было с твоей стороны смертельно ранить Кастиэля. Пока я относил его к целителям, ты успела добраться до Василька, — с уничижительной насмешкой проговорил Рафалеон и бесшумно, прямо из воздуха появился перед нами. У его ног уселась псина, сотканная из плотного черного тумана.

От ее шерсти исходили языки черного пламени и плавно колебались на воздухе. Глаза адского пса полыхали насыщенным рубиновым светом. Клинок в руке демона выглядел опаснее того, что был прижат к моему горлу. Было в нем нечто такое, что я не могла объяснить. Я просто чувствовала исходящую от него опасность, смертоносность.

— Без нее тебе будет лучше, — убежденно проговорила демоница, размахивая клинком перед моим носом. — Мы отправим ее в Пустоту, а Люциферу скажем, что она сама себя убила.

Люди — странные создания. Сферы ошиблись.

— Сферы никогда не ошибаются, — звенящим от раздражения голосом возразил ей демон.

Ламия усмехнулась:

— Она здесь! С нами! Значит, они впервые ошиблись.

Из сбивчивой речи демоницы я поняла, что для моего убийства у нее должен быть веский мотив, и сейчас она пыталась его навязать своему парню.

— Я запретил тебе трогать Васю! — от того, каким убийственно спокойным взглядом Рафалеон смотрел на Ламию, у меня по спине побежали мурашки, а ей — хоть бы хны.

Острое лезвие обожгло нежную кожу шеи, и я, закусив губу, тихонько застонала от боли.

— Отпусти ее, Ламия, и возвращайся в академию. С моей стороны не будет никаких последствий. Выбор за тобой.

Демон поднял вверх руки, и черный клинок с пронзительным звоном ударился об пол. Великодушный жест Рафалеона позволял Ламии выйти из поединка победительницей. Не ей тягаться с ним.

Черный лабрадор оскалил пасть на демоницу.