Академия для Пернатых. По дороге в ад

— Разрази меня бездна, как же мне не хочется отпускать тебя, — обнял меня демон, прижимая к себе.

Насладившись несколько мгновений его объятиями, я отстранилась и, запрокинув голову, заглянула ему в глаза.

— Так не отпускай, — попросила с обидой в голосе. — До и после смерти ты единственный, с кем я чувствовала и чувствую себя живее всех живых. Ты совершал отвратительные поступки. Ты бывал жесток, но не ко мне. Ты защищал меня, когда другие отвернулись. Пусть меня сошлют в бездну, но мне совсем не жаль, что я люблю тебя.

Я люблю тебя, Рафалеон. И мне не жаль.

Демон обхватил мое лицо, и мое очередное «я люблю тебя» потонуло в восхитительно настойчивом поцелуе. Меня снова и снова целовали, терзали, соблазняли, пока я совсем не потеряла связь с реальностью.

Сквозь пелену нахлынувшего желания я ощущала руки демона, скользящие по спине и бесстыдно ласкающие меня. Платье с мягким шуршанием упало к ногам, и время будто остановилось, разделившись на «до» и «после». Мы оба понимали, что пути назад нет, как и не было места смущению.

Важны лишь остались наши чувства и биение сердец в унисон. Рафалеон подхватил меня на руки и понес, кажется, к постели. Я не могла оторваться от его губ, наслаждаясь каждой подаренной лаской. Рафалеон положил меня на холодящее кожу покрывало и, оторвавшись на миг, чтобы сбросить с себя пиджак и рубашку, продолжал ласкать меня взглядом.

От разлившегося в комнате напряжения погасли светильники и мерцал воздух. Или это у меня от желания в глазах потемнело?

Нереально красивое тело любимого вызывало желание немедленно присвоить его, оставить печати поцелуями, заклеймить, нежно прикусывая.

Что я, потянув демона на себя, и сделала. Рафалеон почти зарычал от нетерпения, и этот звук был для моих ушей слаще всех признаний в любви.

Я растворилась в напоре демона, бросилась в бездну страсти и взлетела с ним на небеса. Казалось, вокруг нас взрывались магические светильники, качались стены, и кровать ходила ходуном. Наша магия, переплетаясь, усиливала ощущения, обрушивая на оголенные нервы новые и новые потоки удовольствия, доводя до потери сознания, почти до бесконечного умирания.

Когда, едва дыша, я уткнулась в грудь любимого, то ощущала себя возродившимся фениксом.

— Значит, самого ужасного свидания в моей жизни не будет? — опьяненная произошедшим, сонно спросила я.

— Обязательно будет. Мы в другой раз сходим на демонскую вечеринку. Думаю, тебе там понравится, — глухо пробормотал Рафалеон, поглаживая кончиками пальцев мое плечо.