Академия для Пернатых. По дороге в ад

Мне не хотелось оставлять подругу, но я знала, что ей больше ничто не угрожает, а мое нахождение в зале, полном испепеленных трупов, вызовет много лишних вопросов. В политике я не сильна, так что пускай Рафалеон думает, о чем говорить, о чем умолчать, дабы не развязать войну на небесах.

— Исключительно ради твоего спокойствия заверю тебя, Нуриэль — среди убитых нет невиновных, — холодно проговорил Рафалеон и, проследив за обеспокоенным взглядом моего бывшего наставника, добавил: — Жив ваш Габриэль. Очнется — сам все расскажет.

Позаботьтесь о девушке.

Мужчина внезапно насторожился и повел носом. Подобрав длинные полы балахона, архангел повернулся к трем артефактам, источающим сияние в центре зала.

— Сфера судьбы! Она нашлась! — обезумев от радости, прокричал Нуриэль. Буквально махнув рукой на правителя, архангел, кряхтя и проклиная свою старость, помчался к драгоценным артефактам.

Улыбающееся лицо старца мне казалось чужим и далеким. Прошло всего несколько часов с нашей последней встречи на арене, а казалось, словно полжизни пролетело.

День выдался безумно длинный. Но я даже смогла дожить до вечера.

Чувство усталости внезапно нахлынуло на меня, лишая сил. Наверное, у меня был до того жалкий вид, что демон без лишних слов подхватил на руки и бережно прижал к себе. Боже, как долго я этого ждала. Чувствуя дыхание демона в своих волосах, я прижалась щекой к его груди.

Глава 30

Дорогу до академии демонов помню плохо — уютно устроившись на руках любимого, я попросту задремала.

Проснулась в своей новой комнате, на кровати. Никого, кроме меня, в спальне не было. Поднявшись, я огляделась — новое жилище ничего особенного не представляло. Кровать из темного дерева, туалетный столик, шкаф, уютный на вид диванчик у окна и письменный стол напротив входа в ванную.

Туда я и отправилась, пока тоска окончательно не одолела меня, но прежде заглянула в шкаф — удивительно, мою одежду уже доставили — и, прихватив все необходимое, отправилась приводить себя в порядок.

У меня вроде самое ужасное свидание в жизни намечалось.

Упругие струи душа сделали свое дело. Бодрая и посвежевшая, я вернулась в комнату, чтобы обнаружить на кровати картонную коробку с запиской сверху.

Сильнее стянув на груди края полотенца, прошлепала босыми ногами по деревянному полу, взяла сложенный вдвое листок и, развернув подрагивающими пальцами, прочла:

«Ты доставишь мне удовольствие, если наденешь это платье. Рафалеон».