Проклятье для дракона

Если ты позволишь, я могу кое-что сделать.

–Что? – тут же глянула я на него, кожей ощущая подвох.

–Поделиться знаниями, – поспешил успокоить парень, – только сделать это максимально быстро и продуктивно.

Я опять ничего не поняла, чувствуя себя крайне странно от этого непонимания.

–И как же ты это сделаешь? – спросила у него, не скрывая собственного подозрения.

Вместо ответа Дарак плавно поднялся на ноги и, не обращая внимания на снег, уверенно шагнул ко мне, чтобы, приблизившись, опуститься на корточки и оказаться непозволительно близко.

Его лицо было в каких-то пятнадцати сантиметрах от моего, и чуть пугающее мерцание глаз завораживало.

Взяв обе мои ладони в свои, дракон подался ещё ближе, сокращая и без того маленькое расстояние между нами, чтобы остановиться в каких-то жалких сантиметрах, проникновенно глядя мне в глаза.

От его взгляда стало не по себе. Захотелось отстраниться, отойти, отдалиться, но вместо этого я замерла, не в силах даже взгляд отвести, не говоря уже обо всём остальном.

Дарак замер напротив, будто ему тоже было очень сложно шевельнуться.

Но вот его губы раскрываются, я почему-то вижу это очень медленным движением, и с них срывается непонятная мне речь. Он говорил неторопливо, нараспев протягивая многочисленные гласные и обрывая окончания, и всё это время продолжал смотреть в мои глаза.

Лёгкая боль появилась в висках через полминуты после того, как полилась завораживающая речь. И она всё усиливалась, расползаясь на лоб и затылок, сковывая голову стальным обручем, а я… Я вдруг с искренним изумлением поняла, что знаю… знаю так много… Знаю о том, что происходило задолго до моего рождения, о народах, о существовании которых даже не подозревала, о множестве наук, о магии, о мире…

И речь Дарака больше не была для меня прекрасным непонятным чудом, я отчётливо различила каждое слово:

–Во мгле ночной, при свете дневном, отныне и навсегда, мои знания – твои знания.

В крепком здравии и болезни страшной, отныне и навсегда, мои знания – твои знания. На земле родной, от дома вдали, отныне и навсегда, мои знания – твои знания.

И таких фраз было очень много. Они лились из него переливчатой рекой, лаская слух, и по мере продолжения я всё отчётливее понимала, что теперь знаю намного, намного больше. Знания, накопленные мною за двадцать лет жизни, оказались ничтожно жалкими в сравнении с теми, какими обладал Дарак.