Проклятье для дракона

–Судя по тому, как ты бледнеешь, до тебя, наконец, дошло, что вовсе не это является твоими проблемами, – иронично отметил мужчина.

Я не ответила ему, с ужасом переваривая кошмарную мысль: подобный всплеск тьмы внутри меня и кто-нибудь может пострадать. Что, если это будет моя мама? Я не переживу, если с ней что-нибудь случится.

–Что ты хочешь? – говорить получалось с трудом.

Перед глазами появилась непроглядная пелена леденеющих слёз, от которой глазам становилось больно.

–Всё просто, малышка, – удерживающие мой подбородок пальцы ласково погладили по щеке, – тебе нужно всего лишь делать так, как я тебе велю.

Это было сложно не понять.

–И что ты мне велишь? – не могла не спросить я.

–Не волнуйся, – его неприятный каркающий смех вынудил меня испуганно вздрогнуть, – ничего плохого. Я просто хочу… мира.

Я бы поверила… если бы была полной дурой. Одна только его заминка в конце уже о многом говорила. Слишком о многом. И я всё ещё помнила слова Андора и Дарака о том, что император не ладит с собственным драконом.

Так что и ответ мой был очевиден.

Очевиден, да, но это не значит, что я смогла сказать его спокойно.

–Я не стану подчиняться тебе, – голос звучал тихо, но непреклонно.

И я даже не знаю, откуда у меня вообще появились силы на то, чтобы титаническим усилием воли подавить бушующую внутри меня тьму. Я просто давила этот едкий горячий туман, заталкивая его обратно в пропасть, из которой он выполз.

Глава 20

Я сидела, раскачиваясь, сжимая руками стремительно тающий снег и чувствовала горячие струйки, неприятно защипавшие нос и потёкшие вниз, по губам, подбородку… До чего себя довела, уже и кровь из носа пошла! Но мне не было до неё дела, во всяком случае, пока.

Я старательно брала под железный контроль собственные эмоции, гася даже не их, а их отголоски, тени, намёки на малейшую эмоцию.

Не имея больше никаких сил, я безвольно повалилась назад. Однако соприкосновения со снегом не случилось. За миг до того, как сугроб поглотил моё стремительно теряющее сознание тело, чьи-то горячие руки скользнули на спину, удержали, а после и вовсе бережно подняли меня, прижимая к крепкой груди.

***

Мне казалось, что я умираю.