Проклятье для дракона

Причём надежда его заключалась как раз в моём отрицательном ответе. Нахмурившись от его нелогичности, я принялась жевать куда медленнее и просто кивнула, подтверждая.

–Жаль, – не скрывая разочарования, вздохнул он, но затем, отогнав подальше эмоции, уверенно повторил, – мы с тобой должны пожениться и завершить объединение к концу месяца.

А звучало-то как! Без пафоса, высокомерия, наигранности – звучало просто как необходимость. И я просто не смогла не задать этот вопрос:

–А что будет, если не завершить объединение?

Что-то явно должно было произойти, потому что иначе император не стал бы уже в который раз повторять, что мы должны это сделать.

И он подтвердил мои опасения, когда, не отвечая, виновато отвёл взгляд.

–Андор, – позвала я напряжённо, с не меньшим же напряжением чувствуя непонятную внутреннюю вибрацию. И скорее интуитивно, чем разумно, догадалась: и его заклинание спокойствия не выдерживает.

Дракон, видимо, тоже это понял.

Повернув голову, он поднял на меня мрачный взгляд, поджал губы и… всё же ответил. Он всегда отвечал, причём честно, какой бы тяжёлой ни была правда. И меня это в нём очень сильно подкупало.

–Если не завершить объединение, к концу месяца ты умрёшь.

Прозвучало хуже, чем приговор. Прозвучало безнадёжно, обречённо, недовольно и очень мрачно. Так, будто Андор Ракердон был готов прямо сейчас бросить вызов всему миру, но знал, что это не поможет, и оттого невероятно бесился.

Я его понимала, я бы тоже бесилась на его месте. Но зачем мне его место, когда я могу беситься и на своём?!

Я умру.

Признаться, нечто подобное я и ожидала услышать, но вера в справедливость всё же шептала, что вместо «я» там будет «мы». Что ж, справедливости, похоже, не было ни в одном из миров.

Справедливо ли то, что Андор не удержал себя в руках, фактически сжёг меня и в итоге обрёк на безвольную участь, за неповиновение которой было лишь одно наказание – смерть? Справедливо ли, что виноват, как бы ужасно ни звучало, он, а расплачиваться мне? Нет.

Нет, нет, нет и ещё сотни раз нет. Это не шло ни в какое сравнение со справедливостью. Всё это даже рядом с ней не стояло!

Опустив взгляд на подрагивающие руки, я честно пыталась успокоиться. Я задышала медленнее и глубже, мысленно призывая себя начать отсчитывать до тысячи, но уже отчётливо понимала: не поможет. Ничего не поможет.