Между нами вечность

Хотя этот фокус с ним едва ли прокатит. Сеймур воробей стреляный.

Желать сближения с ним — чистое безумие. Да, он привлекателен, но надо помнить о том, что я не из этого мира. У меня здесь нет будущего. Я должна найти способ вернуться домой и занять своё тело вместо чужого. К тому же Теннантхилл проклят, и мне вовсе не улыбается перспектива разделить с ним семейное проклятие.

Так, взывая к собственному здравому смыслу, я и заснула. Но, даже проваливаясь в сон, я всё равно продолжала думать о Сеймуре. Вспоминать горечь в его словах, когда мы говорили в кабинете; тоску в его взгляде, когда он смотрел на бальный зал; вспышку ярости в мансарде, причину которой я не могла понять.

Наверное, ничего удивительного в том, что после всех этих мыслей и воспоминаний мне приснилась та самая мансарда. Вот только сон оказался довольно-таки странным. Во-первых, мансарда выглядела несколько иначе. Там не было портретов, за окном хлопьями сыпался снег, а на полу, огибая нарисованную пентаграмму (или какой-то очень похожий на неё знак), стояли зажжённые свечи.

Сам рисунок тоже светился каким-то потусторонне-фиолетовым светом.

А ещё в мансарде находился мальчик лет десяти. Высокий, не по-ребячески серьёзный, он стоял там совсем один, сосредоточенно глядя на пентаграмму. Губы его шептали какие-то едва различимые слова, а лицо казалось смутно знакомым.

Да это же Сеймур Теннантхилл в детстве!

В какой-то момент он поднял немигающий взгляд и уставился прямо на меня. Во всяком случае, ощущение было именно такое.

А я, сама не понимая почему, вдруг ринулась ему навстречу и... тут же проснулась. Всё исчезло — мансарда, свечи, мальчик. Комнату заливал рассеянный утренний свет, а всё тело немилосердно ломило от сдавившего рёбра корсета, который я вчера совершенно забыла снять, так и уснула прямо в нём.

С кряхтеньем, которое больше подошло бы столетней старухе, чем девушке во цвете лет, я поднялась с кровати. Сон не выходил из головы. Неужели я видела фрагмент из прошлого Сеймура? Но что он там делал один, да ещё в таком нежном возрасте? Проводил какой-то ритуал? Маг — он и в детстве маг, однако я не думала, что они так рано начинают колдовать.

Или ничего такого на самом деле не было, а сон не более чем работа подсознания?

Спросить у Теннантхилла, что ли, бывало ли с ним такое в детские годы? Или не рисковать? Вдруг начальнику это совсем не понравится? Ему ведь пришёлся не по душе мой интерес к мансарде. Да, пожалуй, лучше не спрашивать.