Моя мама - ведьма

Викрам останавливается на третьем шаге, оборачивается.

– Что-то хочешь мне сказать, сын? – теоретически, Аджит даже мог бы рассмотреть идею помилования, но для этого Викраму надо было бы действительно покаяться и осознать проступок.

А он – конечно же, даже не думает.

– Нет, повелитель, – дерзко чеканит мальчишка, – я иду собирать вещи. Надеюсь, этим я своей жизнью не рискую?

– Еще пара минут такой беседы – и рисковать ты будешь только целостностью того места, на котором ты сидишь обычно, – произносит отец, позволяя себе недовольство.

Нужно отдать Викраму должное – после озвученной угрозы он и не подумал ускорить шаг. Вышел все той же неторопливой, почти степенной походкой.

В какой-то момент Аджиту мерещится, что сын будто бы даже что-то в кармане синей куртки стискивает, но обыскивать его повода не находится.

***

Ночь после стрельбищ оказывается темной, душной, полной мучительных кошмаров. Я не ожидала ничего иного – начать колдовать после двенадцати лет строжайшего воздержания да еще и используя столько силы за раз – все равно что после долгой голодовки внезапно взять и сожрать жареного порося.

Всего. За раз. Вместе с забитыми в его нутро яблоками.

Да и не впрок мне идет чародейская магия. Будто слабящего зелья выдула. Да не ложку, как положено по рецепту, а весь большой бутылек. Все-таки не зря нас издавна разделяют – слишком разные мы…

И все же от осознания содеянного меня лихорадит. Я смогла. Смогла преодолеть силу Ведьмина Замка!

Да – заплатила свою цену.

Уже вытолкав себя из постели и расчесываясь, нахожу на расческе один серебряный волос.

Почти час торчу у темного зеркала в умывальне, выискивая его братишек, но нет. Волос пока единственный.

Для ведьмы – и одного его многовато, но я отношусь к этому спокойно. Если один седой волос – цена жизни моего сына, пусть. Не жалко. Я уже говорила Праше – мне замуж не ходить.

И дело не в том, что дурна собой, характер скверный да по хозяйству не умею ничего.

Умею. Лавку свою держу, в травах разбираюсь, знахарство травяное ведаю лучше всех в городе.

Конечно, характер мог быть и получше, но все-таки – не злая карга, кости на головы прохожих не выкидываю. Про внешность и говорить особо нечего – сама себя не склонна называть красавицей, а мужики периодически порывались. Они, конечно, народ такой… Если выпьют сверх меры – и кикимору до потери сознания зацеловать могут.

Нет, дело не лично во мне, конечно.

А в том, кто я есть.

Ведьма, отвергнутая собственным ковеном. Лишенная магии.