Академия Менсор. Полог предубеждения

– Что если человек, который по натуре своей исключительно творец, и вся его жизнь – искусство, получил вдруг магию разрушения?

– Во-первых, адептка, магия и предпочтения зачастую согласуются, иначе бы это вызвало очень большой дисбаланс. Во-вторых, в вашем примере одного другому не мешает. Среди разрушителей тоже есть деятели искусства. Например, есть целое направление по созданию скульптур из горных пород. И как их делают? Исключительно откалыванием кусков камня от готового большого куска породы, который после дополнительно обрабатывают для прочности.

Мне нравились занятия с куратором, которые проходили сначала вне библиотеки, а потом он решил, что нужно совместить моё наказание с более полезной вещью, и перенеслись сюда. За несколько недель я успела хоть немного узнать магистра Делмора, чтобы понимать, как себя с ним вести стоит, а как – нет, и перестала бояться задавать глупые вопросы, на которые он не просто не раздражался, а скорее охотно отвечал.

Моё обучение в академии Менсор шло своим чередом. Успехов в магии по-прежнему не светило, зато с теоретическими дисциплинами я успела более-менее разобраться.

До начала игрового сезона оставалось несколько дней. Тогда я ещё не слишком о них думала, по-прежнему держа в голове, будто до них ещё много времени.

Я усиленно изучала алфавит божественного языка, училась начертать символы, читать их. Как-то даже магистру Делмору пришлось мне с этим помочь, когда он решил разобраться в причинах загоревшихся штор.

– Давайте мы с вами перейдём в ту аудиторию, где занимались перед библиотекой. Я поставлю необходимые защиты на стены, а вы покажете мне, как тогда создавали ваш «фонарик», – предложил однажды куратор то, что давно было пора сделать.

Сама я боялась ему на это намекнуть, потому что тот ещё злился на то, что я себя дискредитировала, да ещё и на таком глупом поводе. Мол, зачем было без него вообще пытаться что-то сотворить. Я же возражала, напоминая, что мне такие тренировки никто не предлагал, да и я всё равно не надеялась, что что-нибудь получится.

– Это точно безопасно? – засомневалась я, стоя посреди кабинета и помня злополучный день горящих штор слишком живо.