Академия Менсор. Полог предубеждения

– Аня, вам лучше сосредоточиться на учёбе, а не на встречах с адептами, – очень строгим тоном почти потребовал он, хотя фраза должна была быть лишь советом.

Всё его тело явно выдавало то, насколько куратор действительно недоволен. Его голос привычно стал едва тише, но более проникновенным, таким, что было невозможно пропустить мимо ушей. А светлые голубые глаза опасно сверкали, как будто он меня отчитывал за какую-то очень стыдную провинность.

– Магистр Делмор, разве это как-то касается той сферы, где мы с вами единственно пересекаемся – учебной? – ощетинилась я, которой поперёк горла встал такой комментарий, да ещё и от него.

Это тот самый человек, который буквально украл меня с Земли, прикрываясь оставленным кровью согласием на контракте, которое я дала по ошибке? Тот, что сыграл на моём желании избавиться от приступов боли, и заставил оставить согласие, которое нельзя отменить, без объяснения последствий? Вот уж не от него мне слышать осуждение.

– Аня, я ваш куратор, и должен следить за вашим поведением, – не согласился он, резко теряя внешнее спокойствие.

Я видела, как у него заходили желваки от сжатой челюсти, которой он пытался бороться с эмоциями.

– Ну так стойте возле моей комнаты, и проверяйте, не зашёл ли какой парень к разгульной адептке, – скрестила я руки на груди, закрываясь от перешедшего границы куратора.

Он не выдержал и встал со своей парты, что была слишком близко к моей. Они буквально были придвинуты друг к другу. Делмор упёрся руками в неё, словно напоминая, кто здесь главный.

– Аня, вы забываетесь, – прорычал он, сбивая мой настрой.

Я забеспокоилась своей реакции на магистра, потому что он оказался первым человеком, который заставил меня испугаться после того, как я жутко разозлилась. Он сумел сломать мою злость, обращая её в трусливое желание ретироваться. Сама не ожидала, что так резко отреагирую. Казалось бы, подумаешь, всего лишь один из преподавателей, что оказался моим куратором, недоволен поведением адептки. Мало ли у него слишком строгие представления о морали? Только он был не просто праведно возмёщен, ведь я видела, как угрожающе перекатываются бугры мышц на его руках.

Он сверлил меня взглядом в таком положении с минуту, которая тянулась с вечность. Я не смогла выдержать его, практически сразу отворачиваясь. Это не тот соперник, в противостоянии с которым у меня были бы хоть какие-то шансы. Но мне было стыдно за собственную слабость. Время молчаливого признания отсутствия оправданий тянулось слишком медленно.