Невеста со стажем

Чего непонятного? — огрызнулся блондин.

— Мной?!

Нет, ну это была наглость высшей степени. Меня, девушку, способную заполучить любого мужчину, использовали в качестве ширмы. Или того хуже, вместо кастрюли, которая одиноко валялась у ног застывшей Метлицы. Я даже не знала, что сказать и как осадить незнакомца. Он явно не собирался отпускать свое прикрытие, поскольку на него наступали пятеро здоровых детин, которых науськивали девицы. Одна из них была в белом подвенечном платье.

Что ж, многое стало понятно. Этот удалой парниша залез под юбку нареченной.

Причем, если судить по лохматости девушки, в чем теперь были обоснованные сомнения, и зашнурованном с пропусками корсете, залез не только под, но и в. А матерящиеся мужики – это друзья жениха и сам жених. Обладатель самого злобного оскала, видимо, и был тем несчастным рогатым избранником.

В общем, моя среда. Только обычно я за невесту, а рога наставляют все кому не лень на свадьбе, кроме меня. Я же не могу позволить денюшкам уплыть от меня из-за глупых потребностей и мужественных друзей жениха.

А вот нудист со мной на причинном месте явно мог и позволил, за что теперь на него идут с вилами.

— Парень, пусти меня. Тебя сегодня все равно насадят на вилы. Меня не приплетай, — решила воздействовать на рациональное мышление блондина.

— Заткнись. На вилы они меня только во сне смогут насадить, а так надорвутся. И какого эта курица орать начала? Стонали, царапали, но вот «помогите» никто до нее не орал. — Он действительно не понимал, за что будет бит.

— Не полез бы к невесте, не огреб бы от жениха. — Жалеть этого дурака не собиралась.

Мало того, что у меня болела поясница из-за сильного прогиба, так еще и руки некуда было деть. Разве что схватить нудиста за зад.

— Не заткнешься – огребешь ты и прямо сейчас.

— Великолепное воспитание. Ты так же с невестой в постели себя вел? Многое становится понятным. Помогите! — заорала на всю улицу.

— Ты что творишь?

— Умножаю количество сбежавших от тебя девушек на два, — прошипела и снова позвала на помощь.

— Тьма! Все девки этого города сегодня с ума посходили или у вас сезонное обострение?

— Гимнофобия у нас. Особенно на твои телеса!

— Что?

— Боязнь наготы, вот что. Скажи мне, мой бездарный в обольщении друг, ты всегда так знакомишься с женщинами?

— Что ты имеешь в виду? — спрашивал эксгибиционист, осторожно отступая вместе со мной.

— Показываешь товар лицом, — я опустила взгляд вниз, — или к лицу.

— Вот же язва! Да не стесняюсь я своей наготы.