Невеста из знатного рода

На стенах, мимо которых мы проходили, висели свитки с каллиграфическими надписями и картины, на полках стояли бронзовые скульптуры и фарфоровые статуэтки, и все было выдержано в одной цветовой гамме. Синий и серебро. Цвета семьи Хе, надо полагать. Или цвета, которые предпочитают все драконы?

Мы остановились перед высокими двустворчатыми дверями, чего-то ожидая. В них рыбкой проскользнул один из слуг, с которым Хесо беседовал в холле, и до нас донесся его голос, приглушенный деревянными створками:

— Прибыл молодой господин Хе!

К чему такая церемонность? Хесо же у себя дома… Я бросила на дракона быстрый взгляд, но он не выглядел удивленным.

— Пусть войдут, — ответил спокойный женский голос, и двери перед нами распахнулись.

Мы шагнули в большой квадратный зал, смутно напомнивший мне зал приемов во дворце. Конкретно — тем, что прямо напротив нас, на другом конце зала, на возвышении стояли два высоких кресла. К ним вела синяя ковровая дорожка, а в креслах сидели двое, выглядевшие слишком молодо для того, чтобы иметь таких взрослых детей, и слишком совершенно для того, чтобы быть людьми.

Хесо первый двинулся вперед, следом пошла присмиревшая при родителях Хе Ин, за которой плелась я. Церемониальность обычной семейной встречи угнетала, и я с ужасом ожидала, что сделаю что-то не то, как всегда в нервирующих меня ситуациях. Ладно, буду просто вести себя тише воды, ниже травы, может, меня просто не заметят.

— Отец, матушка, — дойдя до середины зала, Хесо вдруг остановился и почтительно поклонился, сложив перед собой руки так, что широкие рукава ханьфу закрыли лицо.

— Сын, как мы рады видеть тебя, — отозвался господин Хе, и мы разогнулись. Голос его был спокоен и безразличен, словно он старался скрыть свою радость и весьма в этом преуспевал.

— Как долго тебя не было, — упрекнула госпожа Хе и, поднявшись из кресла, подошла к нам. Ее платье, тяжелое и расшитое серебром, хвостом тащилось за женщиной. Когда она подошла совсем близко, стало заметно, что хотя она все равно выглядела возмутительно молодо для того, чтобы быть матерью Хесо, на ее лице все же читались легкие признаки возраста, умело скрытые косметикой.