Одно отражение на двоих

Боль начала утихать. Я тряхнула головой и удивленно посмотрела на мужскую руку, с указательного пальца которой тянулась желтая светящаяся нить. От ее прикосновения появился легкий зуд. Рубцы быстро исчезали, покраснение уходило, а кожа вновь становилась гладкой. Магическая нить последовательно перемещалась от одного поврежденного участка к другому и излечивала его.

Я подняла взгляд. Передо мной на корточках сидел отец Самилии. Полноватый мужчина с русыми волосами и карими глазами был сосредоточен только на ранах. Вскоре он закончил процедуру, потер указательным и средним пальцами о другую ладонь и встал, так и не произнеся ни слова.

Остальные члены семьи сидели за столом и о чем-то спокойно беседовали. В мою сторону никто даже не смотрел. Казалось, им до меня и дела никакого не было. В этот момент я почувствовала себя лишней, черной овцой, которой здесь совсем не рады.

Вскоре зуд на лице, шее и плече утих, боль отступила. Только испорченная одежда напоминала о выходке старшего братца Самилии. Я нервно сглотнула, осознав одну очень важную деталь: наверняка причина ее побега кроется здесь.

Оставаться на полу я не видела смысла. Мне захотелось встать и уйти, но я не знала, каким образом это сделать. Душа требовала скрыться от этих гиен, нападающих со всех сторон. Не ожидала я такого количества проблем. А уж если встречать следующие, то лучше на полный желудок.

– Даже не вздумай в таком виде сесть за стол, – предостерегающе сказала Патрисия, едва я сделала пару шагов к свободному стулу.

На секунду прикрыв глаза, я проглотила очередное унижение. Можно высказаться, ответить, нагрубить, но надо не выдать себя и хоть немного разобраться в происходящем, но не наломать случайно лишних дров.

– Вилирия, отведи ее.

– Но, мам, – запротестовала она.

Некогда возведенный замок из песка сейчас рушился на глазах. Построенный в моем воображении чудесный мир со звоном разбился на мелкие осколки так же, как и магическое зеркало с моей возможностью вернуться обратно.

Мне пришлось направиться к тягучей лаве, плавно переливающейся за стеклянной стенкой лифта, и там дожидаться сестру Самилии. Научиться бы пользоваться им, чтобы не зависеть от этих чужих для меня людей.