Помощница темного фейри

Зверь — темная сущность внутри сильнейшего из фейри — потянула воздух ноздрями, но сам он не шелохнулся. Мышцы окаменели. Я дотронулась до его лица рукой и провела по острой, четко выраженной скуле, спустилась вниз и провела по твердой шее. Плечи принца, замершие в напряжении, пришли в движение. И опустились. Фигура немного уменьшилась. Я сделала шаг спиной назад, потом еще один, пока не вернулась на диван. Принц моргнул:

— Банальная ревность. Аннабеиль, будучи в покоях короля, напала на Иридэль, а потом они «словно обезумели, бились не на жизнь, а насмерть».

— И он их убил, — я понимающе кивнула. — Но ведь в его власти было просто их вырубить, и тогда бы они были живы.

— Их бы казнили за нападение на короля. Так что исход один.

Я лишь пожала плечами.

— Я искал фейри Разума. Но их не так-то легко найти. — Я нахмурилась на резкую смену темы. Принц так и стоял у стола, не шевелясь.

А мне почему-то казалось, что я точно знаю одного фейри Разума.

— Что с тобой? — принц помрачнел.

— Мне кажется, что в прошлом я уже была знакома с фейри Разума, но, как ты понимаешь, ничего не помню… — я снова нахмурилась.

— Они практически миф.

— Не думаю… — задумчиво протянула я. — Но твоя мать долго так не вынесет. Нужно заставить ее питаться от другого, если король… — но договорить я не успела, Дарканат снова начал выходить из себя.

— Я ищу! И если он причастен к тому, что ты ничего не помнишь, то я его не подпущу к матери, — процедил он и отвернулся наконец. — Ты можешь быть свободна. Через два дня мы отправляемся в Дом Лунных фейри. Собери свои вещи, — не глядя в мою сторону, закончил он. — И помни, что я тебе говорил.

А у меня приступ жалости и участия к принцу резко сменился бешенством. Служить невесте его темнейшества. Вот что мне предстоит. И что-то во мне подняло голову и противилось происходящему.

***

Дарканат

Дверь хлопнула. А я развернулся и еще раз опустил кулаки на столешницу стола. Полотно затрещало, пробежала трещина по полированной поверхности. Я облокотился на нее и опустил голову, усмиряя свой гнев на жестокие и бьющие наотмашь слова Лауреи, засевшие в голове: «Но твоя мать долго так не вынесет.