Дорога чародейки

Я включила «второе зрение» и отошла, позволив Севиле приступить к глубокой диагностике. Она начала медленно водить кристаллом розового кварца над телом больной, в полголоса начитывая заклинание. Я отстраненно наблюдала за ней, когда синее платье девушки вдруг выцвело, кристалл в руках целительницы стал каплей закатного солнца, а гном, стоящий в дверях превратился в собственную схему из тысяч пересекающихся острых граней. «Второе зрение» сработало.

– Она что-то съела, – в один голос заявили мы с Севилой. Я видела на бледной коже девушки темные, почти черные пятна у губ и на пальцах, прежде невидимые, теперь они казались дырами в ее потускневшей ауре.

– Что она ела в этот день? – спросила целительница.

– То же, что и мы, – пробасил Рудий. – Картоха с салом, жаркое с горошком, яблочки из сада…

– Яблочки? – переспросила я, вдруг сообразив, что пятна на девушке похожи на сок от какого-то сочного фрукта. – А где огрызки от них?

– Поросям кинули, понятное дело, – недоуменно ответил гном.

– И что свиньи, в порядке?

– Да что им сделается? – растерялся Рудий.

– Тятя, а это яблоко не из нашего сада, – кто-то пропищал из-за его спины. Рудий втиснулся в комнатку, в которой и так было не повернуться, и я увидела маленького гномика, очевидно, младшего сына хозяина дома. Он держал в руке надкушенное яблоко.

Но для меня это выглядело так, словно ребенок играет с сонной гадюкой, которая еще не выпустила зубы, но в любую секунду может случиться настоящая беда. Я молнией метнулась к мальчику и ударила его снизу по руке, яблоко – комок истекающего ядом зла – упало на половик и закатилось под кровать.

– Быстро! – прошипела я. – Вымойте ему руки! С щелоком!

– Госпожа чаровница, что… – начал было Рудий, но обращался он уже к моим штанам. Я вытащила из кармана носовой платок и нырнула за опасным фруктом под кровать.

– Откуда оно тут взялось? – спросила я, держа яблоко через носовой платок.

– И правда, не из нашенских. У нас сорт другой, «Русалий жемчуг» называется, мелкие, с кислинкой, жажду лучше колодезной водицы утоляют, да в пирогах хороши, – начал бормотать растерянный гном. Я не прерывала, хотя этот экскурс в садоводство начал меня утомлять. – А это в низинах растет, «Алое сердце».