Дорога чародейки

Тайрен уже стоял там, и ветер трепал его черные волосы.

Почему-то в этот момент мне показалось, что передо мной стоит самый близкий мне человек, мне хотелось обнять его, зарыться пальцами в русые кудри. Нет, это неправильно, это же всего лишь Тайрен, мой работодатель – точнее, сын моего работодателя, – и он определенно брюнет.

– Дарнель! – раздался голос. Я хотела обернуться, но снова не смогла совладать со своим телом. Голос был знакомый, и… Это я кричала Тайрену. Тот одеревенело оглянулся. Кажется, он тоже находился под этим странным воздействием.

Я лихорадочно соображала, что же сейчас происходит. Это не гипноз, если бы кто-то пробил мой ментальный блок, я бы заметила, да и гипноз влияет на разум, а у меня проблема с телом. Я боролась с каждой своей мышцей, но все равно сделала несколько шагов по направлению к обрыву. Тайрен с выражением ужаса и удивления заключил меня в объятия.

– Тианта, – произнес он хриплым чужим голосом. – Ты все-таки пришла! Мы можем бежать. Мы убежим так далеко, что нас не найдут, никто не узнает.

Я уже поняла, к чему все идет и мысленно завопила этой Тианте, завладевшей моим телом: «Да, да, беги с ним!». Но Тианта ответила моими губами:

– Мой муж нас догонит. И твой отец этого так не оставит. Они будут травить нас, как диких зверей, и не будет нам покоя на этом свете.

Чертова идиотка, выругалась я. Ей бы схватить своего любимого и драпать со всех ног, хуже-то все равно не будет, но нет, нужно развести трагедию в трех актах. А расхлебывать заваренную кашу потом придется одной очень несчастной чародейке.

– Вернись к нему, я все понимаю, – Тайрен-Дарнель попытался оттолкнуть меня, но я не ушла. Я чувствовала, что Тианте не было жизни без него, как и ему без нее, но судьба не позволяла им быть вместе. Я взяла его за руку, и наши пальцы переплелись. Мы вместе медленно побрели в сторону единственного пути к нашей свободе.

На самом краю Тайрен снова обнял меня и прильнул к моим губам. На мгновение я слилась с завладевшей моим телом Тиантой, растворившись в горячем и трепетном поцелуе.

Звуки ревущей далеко внизу реки внезапно стихли, словно мне на голову набросили пуховое одеяло. Я открыла глаза и впервые увидела то, что держит нас с Тайреном: мертвенное сияние, которое расползлось от самого дуба, коконом обвивало наши фигуры. Наконец включилось «второе зрение».