Докопаться до Тёмного, или Архиомагия в действии

— Я осторожно оглянулась на стул, вид у которого был настолько плачевным, что я не решилась опуститься на него. Поэтому присела на край стола и скрестила руки на груди. — Чего ты хочешь?

— Я?! — Голос прозвучал донельзя удивлённо. — Обычно это меня о чём-то просят… А ты так в лоб! Чего я хочу? Чего же?.. Я ведь точно чего-то должен желать?

Наступила тишина, которую я не спешила нарушать. Игра ли это, смогу определить, лишь подловив своего собеседника на чём-либо. А это проще сделать, когда он говорит, а я молчу.

— Хочу… — вернулся голос и решительно закончил: — Чтобы ты меня видела!

Внезапно защипало глаза, будто в них песок попал, и я тихо выругалась. Потёрла горящие веки, а когда всё прошло, вновь подняла голову. И вскрикнула от неожиданности при виде высокого и необычайно дородного синего мужчины.

— Что? — довольно оскалился тот и неторопливо провёл ладонью по волосам небесного оттенка. — Впечатлена моей красотой?

— Да что же вы в Дезане все голышом-то дефилируете?! — возмутилась я. И потребовала: — Немедленно оденьтесь!

Раздался хлопок, откуда ни возьмись повалил дым, и когда он рассеялся, передо мной стоял тот же самый синий мужчина, но уже в костюме: хлопковые брюки и свободная рубашка на выпуск той же фирмы, что нравилось носить мне.

— Издеваешься?! — возопил джинн.

— Да ты обязан исполнять мои желания! — потирая руки, догадалась я.

— Гадство, — приуныл тот.

Глава 6. Василина

Я обвела хозяйским взглядом новенькие коробки для архивных вещей и заглянула в одну их них.

— А почему ничего не записал?

— А потому что ты сказала привести архив в порядок, а не провести опись, — мстительно буркнул джинн. И пока я не приказала это, поторопился улыбнуться. — О звезда моих очей! Ты можешь попробовать сказать своему рабу разобрать артефакты, но результат вряд ли тебя порадует. Побереги свои нервы и мои уши!

— При чём тут твои уши? — не поняла я.

— Боюсь представить, что ты скажешь, когда я попробую составить опись этих вещей. — Джинн помялся и переступил с ноги на ногу, вновь привлекая моё внимание к девчачьим кроссам сорок восьмого размера. — Дело в том, что я… Э-э! Обладаю неразборчивым почерком и делаю в нём много ошибок…

— В почерке? — выгнула я бровь. И догадалась: — Так ты безграмотный?

— Чего сразу обзываться? — насупился он.