Счастливы обладающие

Он уже давно ищет способ овладеть им. Всё это связано».

— Гипнос, у меня плохое предчувствие. Как мы можем остановить его? Быть может, стоит обратиться к Зевсу?

— Зевс не поверит нам, Персефона. Даже, если поверит, он ничего не сможет сделать. Сила здесь не поможет. Нам нужно переубедить Аида, вмешаться в судьбу.

Перед мысленным взором возник образ дяди, его решительность в словах и действиях.

— Это невозможно.

Но Гипнос ответил уверенно.

— Мы должны попробовать.

Она вздохнула.

— Если всё это правда, моя мать в опасности, мои подруги, наш лес, люди… И сам Аид.

Гипнос не отвечал ей, но на его лицо пала тяжелая тень.

Персефона коснулась его плеча.

— Ты тоже переживаешь о ком то?

Ответ был краток.

— Да.

Она не стала выпытывать его больше.

— Ему ведь тоже снятся сны. Мы можем хотя бы узнать, что именно он собирается сделать.

Гипнос поднял на неё лицо.

— За всю свою долгую жизнь, я никогда не смел даже помышлять об этом. Моя верность ему непоколебима. Даже если бы я захотел, он слишком силен, у меня бы не получилось.

— Я не вижу других вариантов. Разве он доверит кому-либо свои помыслы? Мы должны рискнуть.

Его голос звучал тихо, но Персефона вздрогнула от того сколько силы и боли было в этих словах.

— Поступиться моей преданностью…

Она выпрямилась, чувствуя решимость.

— Если не сделаешь этого, некому больше будет служить. К тому же ты не нарушишь верности, если поможешь спасти его… — Она запнулась. — От него самого.

Он долго молчал.

— Ты права, госпожа.

Они пребывали в тишине какое-то время.

Наконец, Гипнос подал голос.

— Вам придется отвлечь его.

— Отвлечь от чего?

— От его бдительности, сделать его уязвимым, чтобы он не смог почувствовать мое вмешательство в его сны.

— И как я могу это сделать?

Он посмотрел на неё с полуулыбкой.

— Вы знаете как.

Она покраснела.

— Я убеждена, что он видит во мне лишь родственную связь.

Гипнос усмехнулся.

— Откуда у вас такая уверенность? — Его синие как ночное небо глаза смотрели в душу и видели.

Она не ответила на это, только кивнула.

— Я постараюсь отвлечь его.

День прошел быстро, в мыслях о произошедшем разговоре с Гипносом, время летело незаметно. Персефона стояла у холодного озера в саду Аида, и смотрела на неподвижную мертвую воду, думая о том, что может натворить дядя. Разум терзало множество вопросов, но самый главный заключался в том, какая роль во всем этом отведена ей.