Счастливы обладающие

Но в какой-то момент она начала замечать, как его дыхание участилось. Затем руки резко сжались в кулаки. Всё его могучее тело едва заметно подрагивало. Голова резко опрокинулась вверх, словно кто-то невидимый одернул за волосы. Глаза закатились, обнажая белки.

Персефона отпрянула в ужасе. Очевидно, он испытывал боль, но ни издал ни звука.

Сначала под глазами, а потом и на всем теле проявились кровавые ссадины. Его плоть разрушалась.

— Хватит! — Но её крик не вызвал реакции. Он не слышал. — Дядя! — Сердце отбивало бешеный набат, а его тело продолжало покрываться ранами.

Будто нечто невероятно мощное разрывало его изнутри. — Аид! — Она кинулась к нему, изо всех сил сжала его руку и стянула кольцо с пальца.

На руках осталась его кровь.

Его муки прекратились, словно невидимый морок рассеянный ветром. Аид прикрыл веки, ссадины стали заживать, но кровь осталась, стекая по лицу и шее.

Наконец, он открыл глаза и заговорил, как ни в чем не бывало.

— Я не могу поведать всего в полной мере… До поры.

И все же хочу быть с тобой откровенным.

Богиня все еще сжимала его ладонь одной рукой. Её била крупная дрожь. Мужчина коснулся её плеча. — Персефона.

Она рухнула обратно на лавку, вцепилась в ткань своего грязного платья, в попытке отвлечься от чувства, схожего с тем, что она испытала во сне прошлой ночью.

— Что это было?

— Как я и сказал тебе когда-то. Не каждая душа способна приручить этот…артефакт. — Он опустился на корточки перед ней, совсем как при их первой встречи.

— То, что ты видела, происходит со всеми. Ни один живой бог или человек, ни одно живое существо не способно управлять камнем. Многие пытались. Итог всегда один.

Его вкрадчивый тихий голос действовал успокаивающе.

— Тогда почему этого не произошло со мной?

Он улыбнулся холодно.

— Я задаюсь тем же вопросом, с тех пор как увидел тебя впервые. И до сих пор не нашел ответа.

— Но ведь…- Она сжала ладонь с кольцом до боли. — Мой отец предвидел это? Значит, ему известна причина?

Дядя впивался в неё глазами, не упуская ни одной эмоции.

— Нет.

Аид продолжал.

— Вернее, он не мог знать наверняка. Как сильнейший из нас, и как отец он мог лишь почувствовать в тебе способность слияния с артефактом. — Он усмехнулся. — Очевидно, он крепко решил довериться чутью, когда отдал камень тебе.

— Я ведь могла пострадать.

— Боюсь, в твоем теле не достает могущества, к тому же ты была ребенком. В случае, если бы чутье подвело Зевса, ты бы погибла.