Моё хвостатое (не) счастье

И мы все переволновались и устали, поэтому предлагаю пораньше сегодня лечь, чтобы завтра не ходить сонными мухами, – вступил в разговор Ран и первым поднялся на ноги, чтобы забрать свою жену и двинуться к выходу.

– Ложись. Тебе действительно нужен отдых, – обняла пострадавшую Рената и вместе с мужем направилась к двери.

– Эд, напоминаю, что это номер Наташи. Хоть сегодня не вламывайся к бедной девушке, – посмеялся Хозяин озера и получил прилетевшей подушкой.

– Твоими молитвами, Ран. Подушку верни, – поймав постельный атрибут и вернув его на место, проследил за уходом семейной пары.

Воцарилась тишина. Натали смотрела в сторону, явно не зная, как начать разговор, и я ее не торопил. Но нужно учитывать какие волнения сегодня пережила девушка, поэтому не стоит все усугублять и лучше просто оставить ее, чтобы она смогла отдохнуть.

– Ты ложись, а я пойду, – я пальцами ухватил ее за подбородок и повернул голову, чтобы встретиться с голубыми глазами. – Все будет хорошо. Не расстраивайся.

– Я не расстроена. Просто не понимаю, – она выглядела потерянной и немного напуганной.

– Бывает такое, что организм дает сбой. Это нормально. Возможно ты переволновалась, и вот так вылезли нервы. Может это был спазм и сдавило грудную клетку, а паника все усилила, – ее плечи расслабились, и она стала менее напряженной. Позволяла мне водить рукой по волосам, спрятав свое лицо у меня на плече.

– Да, все в порядке, – я чувствовал ее учащенное сердцебиение, и это начинало сводить с ума. Голос был тихим, но это следствие не потери сознания и волнений, а нашей близости. Мое сердце билось в унисон, разгоняя кровь. – Извини, если принесла неудобства. Мне неловко.

Что она только что сказала?

Я взял девушку за плечи и оторвал от себя, чтобы заглянуть ей в глаза.

– Чтобы я больше такого не слышал. Ты поняла? – спокойно, но твердо проговорил глупышке. – Какие еще извинения? Какие неловкости и неудобства? Даже думать забудь.

– Спасибо, Эдриан, – прошептали ее губы, на которых обрисовалась теплая улыбка.

Она была такой нежной, милой, сводящей с ума своей хрупкостью и беззащитностью. Мягкая бархатистая кожа под моими руками покрылась мурашками, дыхание участилось, зрачки увеличились. Натали пыталась никак не показать то, что выдавало ее тело. Она желала продолжения того единственного поцелуя. О, милая! Ты даже представить себе не можешь, как его жажду я.