Любовь по лицензии, или Я вас сотру в порошок!

— Тогда спешу огорчить, леди Фегрюсон. — Мужчина просунул руки в карманы брюк и заметно расслабился, его больше не заботил мой устрашающий эликсир. — Вы не единственная предприимчивая женщина Лидельмиля, кому отказало министерство.

— Как это? — с недоверием посмотрела на Кингсли.

 «Врет или не врет – вот в чем вопрос». Пузырек с эликсиром я не стала опускать, решила побольше разузнать насчет отказа.

— Я не могу распространяться об указаниях министра посторонним лицам, не являющимися сотрудниками департамента.

— Скажите пожалуйста, какие мы честные!

Он точно держит меня за дуру. Хочет казаться в моих глазах добропорядочным гражданином, а сам при этом шастает в рабочее время тайными ходами. Нет уж, дудки! Не на ту напали, дорогой Джеральд. Я улыбнулась так широко, что Кингсли явно что-то заподозрил. Взгляд заместителя изменился и стал серьезным, цепким, внимательным.

‍​‌‌​ ​‌‌‌​ ​‌​‌‌​‌​ ​ ​‌​‌‌‌​‌‌​ ​ ​‌‌​ ​‌‌​‌​‌​ ​ ​‌​ — Я думаю, вашим коллегам придется по душе информация, как один из служащих, не самой последней должности, отлучается по личным делам.

Затем я обогнула его рабочий стол и прямиком направилась к тайному проходу, скрытому за фальшстеной. Повернула увесистый настенный канделябр против часовой стрелки.

 Та-дам.

Кингсли тяжело вздохнул. Внезапно с его пальцев соскользнули огненные всполохи. Все произошло так быстро и неожиданно, что я не успела и глазом моргнуть, как магическое лассо пролетело у меня над головой и, опаляя полы моей шляпки, тугой удавкой опоясало талию, больно сдавив и перекрыв дыхание.

Эликсир выпал из моих рук и грязной жижей растекся по мягкому ворсу красного ковра. Что станет с шерстяным изделием после такой убойной дозы «Паучьей страсти», сложно было предположить. Да и не до этого мне сейчас было.

— Я не могу дышать. — Тяжело, как будто мне насыпали в горло битого стекла, едва держась на ногах, смогла продолжить: — Без лицензии я не уйду! Даже если…

Договорить я не успела.

— Леший вам в глотку, — выругался смачно Кингсли и ослабил лассо, потому что куб затрясся после импровизированных волн живого ковра с многократно повторяющимся стуком об стенку.

Сделав, наконец, первый свободный вдох, я почувствовала резкий запах серы.

— Это что? — выпучила я глаза, оседая на пол и отползая к ногам Джеральда.