Любовь по лицензии, или Я вас сотру в порошок!

Сложно было вот так сразу отогнать от себя неприятные видения и сосредоточиться на хорошем.

Я осмотрелась.

Несколько бытовых построек на заднем дворе для хозяйственных нужд, небольшой колодец и самодельная скамейка, явно сооруженная рабочими для отдыха. А дальше просто ровный участок, на который постепенно слетали с деревьев листья и падали под ноги. Еще неделю назад я ощущала приятное тепло, витающее в воздухе, сегодня же при солнечной погоде и теплом ветре меня не покидало ощущение приближающейся осени.

Центр силы нашелся возле колодца.

Наверняка подземные воды сыграли не последнюю роль в этом. Я прикрыла веки и представила все то, что окружало меня на самом деле.

— Неужели я должна буду вести такую предварительную подготовку всякий раз? — проговорила себе под нос с недовольством.

— Ты скоро привыкнешь. И в нужный момент легко будешь переключаться между своим привычным состоянием и телекинезом. Твоя сила уже живет в тебе, просто надо ее принять. Тогда не потребуется ничего из того, что ты вынуждена делать сейчас.

— Легко сказать. — Я обреченно выдохнула.

— Итак, твоя цель – перенести весь этот груз ближе к хозяйственной постройке. Только не сомневайся в себе, у тебя все обязательно получится.

Кто бы мог подумать, как сложно оформить маленькую витрину в небольшом косметическом салоне. И почему у них не развита такая профессия, как плотник?

Воображение быстро нарисовало брусья, я их не пересчитывала, но примерно представляла общее количество, поэтому приняла решение перемещать по паре штук.

Когда я приоткрыла глаза, ничего не произошло, брусья спокойно себе лежали на том же самом месте.

— Я, пожалуй, приступлю к работе. — Мистер Сторн скинул старенький сюртук, оставшись в одном жилете, и закатал рукава. — У вас, я вижу, это надолго.

И он был прав, я убила больше часа, безрезультатно вливая свою силу в перемещение предметов. Ничего не происходило. Совсем.

Я не заметила, как гнев не только затопил сердце, но и заполнил мысли. В порыве все бросить и сжечь эти никчемные деревяшки я сильно зажмурилась – и тут произошло невероятное.

Резкая головная боль отступила, и чувство освобождения от внезапной агрессии неожиданно перешло в реальность. Брусья поднимались в воздух легко, словно это было не тяжелое обработанное дерево, а легкий, практически невесомый лебяжий пух.

— Умница, — похлопала меня по плечу леди Элеонора.

А я, совершенно измотанная, осела на землю от едва ощутимого прикосновения женщины.