Загадка для проклятого принца

- Я всего раз у тебя переночевал, - выпалил возмущённо – Один раз!

- Ага, и если бы не доброе сердце Хелены, мне бы пришлось провести ночь на улице.

- Нужно было просто предупредить, что нельзя закрывать окно.

Кейн тот случай припоминал мне уже раз двадцать. А ведь моей вины-то почти не было. Ну, не знал я, что, избавившись от сквозняка, перекрою другу путь домой. А Кейнар дико злопамятный, всё никак не может забыть о том случае.

- Постарайся не придушить нашего талантливого кроху, - с насмешливой улыбкой сказал друг.

К примеру, ты знал, что он почти никогда не переодевается в общей раздевалке перед физподготовкой? Бегает к себе в комнату. Мыться тоже предпочитает один. Не пьёт алкоголь. Вообще. А на первом курсе взял кубок за боевые плетения на соревнованиях между академиями.

- У него вся спина в шрамах, - проговорил я, вспомнив, как утром Задохлик собирался на построение.

Моё присутствие смущало его. Это было заметно, хоть Дестер и пытался делать вид, что всё в порядке. Он вообще странно на меня реагировал. В дýше вон сегодня рассматривал.

- Думаешь, он из-за шрамов стесняется? – в голосе Кейна звучало сомнение. – Ладно, не наше дело. В конце концов, каждый имеет право на собственные странности. Мы с тобой тоже не идеальны. Особенно ты.

Боги, что ж мне так с другом-то повезло?

- Белый – не твой цвет, - усмехнулся Кейнар, критично осмотрев мои собранные в хвост волосы.

И этот туда же. Кажется, Задохлик говорил то же самое.

- Будто я могу что-то с ним сделать, - ответил я. – Попроси супругу связаться с матерью. Пусть снимет уже своё проклятие, и я снова буду брюнетом.

Но Кейн вдруг едва заметно стушевался и отвёл взгляд, а потом и вовсе стал непривычно серьёзным. Будто я сказал что-то не то.

- Хел позавчера говорила с ней по магфону, - ровным тоном сообщил друг.

- Что?! – выпалил я, мгновенно вспылив.

Я уставился на него, как на предателя. Ведь миссис Хатерская впервые вышла на связь с дочерью с момента своего побега. Хел обещала мне, что спросит у неё, как снять проклятие. Я ждал этого момента почти четыре месяца!

- Да нечего мне тебе рассказывать, - нервно и как-то даже виновато ответил друг. – Нечем обнадёжить. Оно нерушимо. Не обратимо. Не снимается! Миссис Эльза слишком много тьмы тогда использовала, и ты должен был умереть.