Связанная с драконом

И с Наташкой мы обязательно помиримся!

С этими позитивными мыслями захлопнула дверцу и активировала сигнализацию. Сунула руки в карманы и направилась к двери подъезда, освещенной тусклым светом от мигающего уличного фонаря. Было ощущение, что он вот-вот погаснет.

Расчищенный от снега тротуар покрыт тонким слоем льда, пришлось сбавить темп и идти осторожнее. Мои шаги отдавались эхом. Оно отскакивало от высокого комплексного здания апартаментов, распространялось на несколько десятков метров и растворялось в заснеженном парке, утонувшем в ночной тьме.

Вдруг позади послышались чьи-то шаги. Тяжелые. Уверенные. Быстро приближающиеся. Я только хотела обернуться и посмотреть, кто меня преследует, как чьи-то твердые пальцы впились в мое плечо. Спиной почувствовала, как этот некто приблизился вплотную.

— Вот я тебя и нашел… — послышался над ухом мужской голос.

Тот самый голос, звучавший у меня в голове эти долгие два года, и из-за которого я думала, что свихнулась.

Жесткие пальцы надавили сильнее.

Плечо отозвалось острой болью, заставив меня невольно дернуться. А потом властным движением рук меня развернули на сто восемьдесят градусов.

Надо мной навис высокий мужчина. Лицо, которое я даже не успела разглядеть, приблизилось. Аномально красные глаза ярко горели, вперившись в меня убийственным взглядом, до краев наполненным пламенеющей яростью.

— Есть что сказать перед смертью? — хищно прорычал незнакомец.

От его слов мое сердце провалилось в бездну.

Леденящий ветер трепал длинные, черные, как та бездна, в которой затерялось мое испуганное сердце, волосы незнакомца.

Их колкие на морозе кончики щекотали мои щеки. Шумное дыхание с кисловатым привкусом кофе обдавало мои губы жаром. Угрожающий взгляд пылал самым что ни на есть адским огнем.

— Отпустите меня… — наконец, нашлась я и уперлась ладошками в широкую грудь.

Но он даже не пошевелился, словно и не почувствовал моего толчка. Крепкие губы, окаймленные аккуратной щетиной, растянулись в оскале, и с них сорвался очередной рык:

— Замри!

Не просьба — приказ.

Словно я какая-то собачонка. Но повелительный тон, от которого встал дыбом каждый волосок на теле, и пальцы, продолжавшие сжимать плечо с такой силой, что казалось, ключица вот-вот переломится, заставили мои ноги буквально приклеиться к тротуару.

Горящие красные глаза воззрились на меня.

Правда, весьма ощутимая до сих пор угроза, из-за которой подгибались мои колени, неожиданно пропала из его взгляда.