По ту сторону Алой Реки 2. Потерявшие судьбу

Я такого не позволю.

Она поднялась безропотно, только голова осталась склоненной.

— Я пришел сюда по воле Алой Реки. Как видно, она решила положить конец власти вампиров. И я — лишь одно из орудий. Не знаю, зачем ты меня встретила. Это — твоя судьба, и тебе решать, что в ней откуда. А моя судьба — уничтожить всю мразь этого мира. Так на что решишься?

Послышался вздох. Сиера отерла глаза рукавом балахона. Из глубины дома доносился гул голосов — люди, позабывшие, каков он, солнечный свет, выходили на волю.

— Горная дорога петляет, — произнесла девушка, глядя в камин.

— Если пойти через лес, строго на север, получится почти в два раза быстрее. Выйдем к реке. Перед ней скалы сужаются. Легко можно устроить обвал, разломать мост, и они попадут в западню. Но что с ними делать дальше — не знаю. Он сказал правду: воины-вампиры очень сильны, и их много.

Сиера стремительным движением повернулась, сверкнула на Сардата голубыми глазами.

— Вот все, чем я могу заплатить за свободу. Примешь такую оплату?

Он не ответил.

В комнату вошел Аммит с открытой бутылкой красного вина и повалился в кресло у камина.

— Это еще что? — посмотрел на него Сардат.

— Это называется «вино», мой маленький друг, — сообщил Аммит и сделал большой глоток из горлышка. — А если тебя интересует, почему я вдруг перестал куда-либо торопиться и коротаю время с бутылкой возле уютного огонька — шевельни-ка мозгами, да подумай, куда первым делом кинулись люди, месяцами жравшие только грязь из-под ногтей?

— Сломали кладовую? — спросила Сиера.

— Именно! — махнул бутылкой Аммит. — Как насчет глоточка за свободу, госпожа Смерть?

Глава 7

Юг

Дом барона разграбили. Кладовые опустошили, взяли все оружие, одежду, чем и заняли сразу две из имевшихся в изобилии повозок. В конюшнях обнаружились лошади. Среди заключенных нашлись те, кто умел с ними обращаться.

Солнце перевалило за точку зенита, когда караван тронулся в путь. Сиера, Сардат, Аммит и Рэнт ехали верхами. Изможденные люди лежали вповалку, жадно хватая ртами свежий воздух.

Им плевать, куда идет караван. Когда уходишь от смерти, любая дорога ведет в жизнь.

Сидя на спине светло-серой лошади, свесив ноги на одну сторону, Сиера тоже подняла голову, улыбнулась солнцу и небу такого же цвета, как ее глаза. В последний раз она улыбалась три года назад, прощаясь с семьей. Улыбалась сквозь слезы, сквозь боль и обиду. А теперь вдруг хотелось смеяться. Как будто скальпель лекаря отворил вену, и хлынула наружу черная кровь, унося с собой болезнь.