По ту сторону Алой Реки 2. Потерявшие судьбу

Теперь Ирабиль видела толпу вампиров, видела глазами Кастилоса его руки, разрывающие плоть. Окровавленные ладони, чудовищная сила.

— А ты, вообще, кто? — Кастилос подался вперед, по глазам пробежала черная тень. — Столов свободных мало? Я не расположен заводить знакомства.

Убежать мешали онемевшие ноги, сдавленное горло не в силах даже пищать.

Кастилос улыбнулся, иллюзия развеялась, сердце принцессы застучало увереннее.

— Вот гад! — Голос прозвучал жалко.

— Да чего ты так трясешься? Выпей кофе, я — друг.

— Спрашиваешь еще? — Голос окреп. — Ирабиль огляделась, заговорила тише: — У меня в крови полно твоего яда. Ты пугаешь — я боюсь. Ты… Нет, о другом даже думать не буду.

Отхлебнув из чашки, Кастилос махнул рукой:

— Не так много. Опасных ран было всего ничего.

— Я просила забыть! — Кулаки сжались, в глазах защипало. Отвела взгляд, посмотрела на кружку. — Что такое «кофе»?

Кастилос открыл сахарницу, положил в чашку Ирабиль три ложечки.

— Пробуй.

Странный вкус, в котором смешались горечь и сладость. Поболтав напиток во рту, Ирабиль решила, что он неплох. Кастилос кивнул, заметив довольное выражение ее лица.

— Стараюсь думать наперед, — сказал он. — После такого истощения сахар тебе необходим. А кофе поможет быстрее выгнать яд.

Зевающий подавала принес две тарелки с яичницей и ушел, не дожидаясь оплаты. Похоже, Кастилос открыл кредит.

Проглотив последний кусочек, Ирабиль услышала снаружи перестук копыт.

— Должно быть, за нами, — сказал Кастилос. — Простишь мне еще одно вмешательство в твою личную жизнь?

— А это необходимо? — поморщилась Ирабиль.

— В твоих интересах. Граф Ливирро — вампир, и его дворец — дворец вампира.

— Правда? — захлопала глазами Ирабиль.

— Истинная. Ливирро предпочитает не запускать сердце дома. Иногда он выбирается поразвлечься, но дома он — вампир.

— Ну и что это значит?

Кастилос вздохнул, потер лоб рукой.

— Ладно, скажу прямо. Остановить сердце ты не можешь, а попасть в глупое положение не захочешь. Встреча может затянуться, а туалетов во дворце нет. Как его слуги с этим управляются — мне неизвестно.

Таверну затопило тяжелое молчание. Долго, очень долго И смотрела Кастилосу в глаза, наливаясь румянцем.

— Знаешь, сколько ругательств я выучила у золотодобытчиков?

— Полагаю, немало.