Южная роза

Недавние дожди подняли воду в реке так сильно, что она начисто смыла мост, и проехать к тому месту, где находился предназначенный для их проживания дом, теперь стало невозможно. Вернее, возможно, конечно, но это почти пять льё до другого моста и ещё пять до деревни — полдня в дороге. А до пещер, где будет работать синьор Миранди, и вовсе в пути проведёшь целый день. На вопрос о том, что же им теперь делать, староста поскрёб густую короткую бороду, натянул берет на самые глаза и, сказав, что они что-нибудь придумают, исчез в густой темноте наступившей ночи.

Утром он явился чуть свет в сопровождении крепкого молодого мужчины в не слишком опрятной одежде и горской войлочной шапке, сбоку украшенной пучком фазаньих перьев.

— Яхо! — староста поприветствовал всех разом, махнув рукой с зажатым в ней беретом, а потом, опомнившись, как-то кособоко поклонился дамам. — Доброго утречка, синьориты! Мы нашли вам место, синьор Миранди. Хозяин наш милостиво согласился вас приютить у себя, пока вода не спадёт и мост не починят.

Туточки недалеко. Это Йоста, — староста ткнул беретом в молодого горца, — он проводит вас до Главного дома. Вы не серчайте, а то хозяин и так нас обалдуями назвал, но мы-то чем виноватые, коли Царица гор не в духе, видать, и дождь три дня шёл по всем верхам?

Йоста не стесняясь разглядывал Габриэль и Кармэлу и даже подмигнул им так, что смутил их обеих, а староста, заметив такое, вытолкал его за дверь, обругав на чём свет стоит:

— Чего уставился, пень кудлатый? Нечто благородных синьоров не видел? Выпучился, как карась! Займись лошадьми, пёсий сын! — и прибавил что-то ещё на горском наречии.

А затем обернулся и добавил: — Вы извините его, так-то он пастух и не знает, как с благородными господами обращаться, чего с него взять?

Глядя на это, Габриэль подумала, что вот уж понятно теперь почему все думают о гроу, что они дикари. Её смутило даже не то, как смотрел на них этот Йоста, а то, что староста, не стесняясь, ругается при дамах, и это ему ещё кажется, что он знает, как общаться с благородными господами.

Но, с другой стороны, всё это почему-то показалось ей ужасно забавным, и она едва сдержала улыбку.

Вместе с Йостой у кареты их ждала целая свора огромных пастушьих собак, чёрных, с белой грудью и рыжими подпалинами на лапах, и таких лохматых, что издали они были похожи на небольших медведей. У Габриэль даже сердце ушло в пятки — мохнатые животные все как один уставились на них, едва они показались на крыльце.