Драгнил Тиша в Манхэттене

(Рассказчик Иля, скрытое лицо героя из той же Вселенной Асмодеум)

Таро был оставлен Асмодеем в полной задумчивости, сидящим на троне. Таким его застали брат Хиро и Лия-Мия. Увидев Демоническую Сладкую Жрицу, Повелитель Пекла встал с трона и усадил ее туда. После, братья не сговариваясь - будто так и положено - уселись у ее ног, каждый принявшись ласкать, кто левую, кто правую. А сама Лия-Мия опустила ладони на головы демонов и запустила пальцы им в волосы.

Это был самый настоящий любовный треугольник.

Двое бесопузов, Таро и Хиро, выращены “асмодеевцами” в строгости. В особенности, старшие их не жалели на тренировочных боях. повзрослевшие демоны не жалели и друг друга, сражаясь между собой за Лию-Мию, некогда обычную земную девушку, какой была их мать Илэриас.

И то, как Илэриас, (иными словами, Темная Леди - так называл ее вампир Дар фон Кейзерлинг) демонстрировала свою любовь и даже некую долю распущенности, оба сына впитали словно губка. Словно вполне нормально, что женщина способна одинаково любить сразу двоих, а то и троих мужчин.

Асмодея Илэриас тоже когда-то любила. И Абигора, отца Хиро. Но, мягко говоря, наплевав на чистую и искреннюю любовь пророка Абигора, Илэриас сношалась с собственным слугой, дворецким Себастианом, как сумасшедшая. Именно от Себастиана родился Таро. Потому за спиной его называют “лженаследник”.

Не зная сей правды, Асмодей запечатлелся^Запечатление - способ отцов-демонов прочно связать себя с ребенком, даже усыновленным.

Но даже тогда, когда Асмодей, наконец, узнал правду, он все равно хотел вернуть себе Илэриас и начать с ней все сначала. Для этого нужно было всего лишь вручить огненный кровавый цветок, единственный в своем экземпляре и растущий в сердце Асмодиума. Этот цветок пробуждает искреннюю любовь в сердце того, кому его вручают. Все дело было в особенной пыльце.

Но Асмодей сделать это не смог. Узнав о волшебстве этого цветка, сорвал его Серокрылый кардинал Им-Мин, у которого были свои планы на Илэриас. А сама демоница вручила фальшивый цветок полукровке Кхаи (он же, Кай), который стал каменным изваянием.

Таро думал именно над всем этим, когда в тронный зал ворвались Лия-Мия и Хиро. Он рассказал им все, как есть. Тогда над возвращением Тиши Минав в молчании задумались уже все трое.