Перекресток 177-3-14

У нее нет земельного надела, кроме дома, а также фабрик, заводов и пароходов. Однако в своих правах она приравнена к аристократии.

- Я не знал. – Произнес Эд.

- Значит, в своем обращении, вы приравняли ведьму к простолюдинкам? – Уточнила судья. – Почему она до сих пор не подала на вас в суд за оскорбление чести и достоинства?

- Просто ведьма выше всех этих мирских дрязг.

- Просто она ведет себя и одевается как простолюдинка. – Прорычал ректор. – Так откуда окружающие должны делать вывод о ее благородстве.

- Если я надену платье попроще, я не стану простолюдинкой.

– Заметила Амалия. – И вообще в последнее время наше государство ведет политику уравнивания граждан, простолюдины теперь могут поступать в институты и занимать государственные должности. Так почему аристократ позволяет себе такое хамское отношение к женщине, не важно какого социального статуса.

- Однако же мы здесь имеем дело с другим правонарушением. – Доброжелательно заметила судья.

- Исходя из того, что я видела, слышала и о чем готова засвидетельствовать, я считаю, что нападение было не со стороны священника, а напротив подстроено господином Байером с целью организации давления на ведьму.

- Немыслимо. – Воскликнул ректор. – У меня же толпа свидетелей!

- Их показания противоречат друг другу. – Заметила судья. – Результаты экспертизы тоже не в вашу пользу.

Когда мы вышли из здания суда, я первым делом подошла к Кэвину.

- Как вам это удалось?

- Просто мне повезло уговорить леди Амалию выступить публично. – Пожал плечами мужчина.

– А вот сенатор сам захотел поучаствовать, он считает, что методы младшего Байера не слишком красивые.

- Я так понимаю, у леди тоже есть претензии к Байеру?

- Да. Она та девушка, которая вышла замуж, после бурного романа с Эдвином. Как вы понимаете, такое возможно, только потому что она аристократка.

- Но почему он на ней не женился? Она же такая красивая. И настоящая леди.

- Он не стремится жениться. Конечно, рано или поздно, ему придется это сделать, но он любит вести свободный образ жизни, и такая супруга, как Амалия, ему бы мешала.

- Поэтому он выбрал Дашу, да? – Сжал кулаки священник.

- Спокойно, святой отец. – Положил ему руку на плечо Кэвин. – Господь заповедовал возлюблять и прощать. Или как-то там.

- Я бы с удовольствием возлюбил его еще и слева.

- Как мы уже выяснили, подраться он и сам не дурак. Тем более, для вас это едва не кончилось штрафом.

- В этот раз я буду умнее и буду делать это без свидетелей. – Пробормотал священник.