Оборотень по объявлению. Судьбоносный песец

И я даже сделала все как надо: прошла весь путь по коридору, поднялась наверх, потом снова по коридору и снова до упора наверх. Среди трех дверей нашла серебристую и даже занесла руку над кодовой панелью.

Что, если это Никс?

«Леон потом все расскажет. Не думаю, что в округе много песцов».

Но с чего я взяла, что полярных лис мало? Леопард есть! Медоедка есть! Песец есть! Разве этого мало, чтобы сомневаться, что может быть все?

«Я осторожно посмотрю, только одним глазком. Путь в безопасную комнату уже знаю.

Пароль помню: 7482090. У меня уже есть инъекция, и я теперь не пахну».

Я не могла объяснить, зачем мне знать, кто этот пациент. Не могла найти логического объяснения, почему иду вниз, когда была так близко к спасению. Меня будто по голове стукнули беспокойством, сердце было на грани приступа, и все от одной мысли, что тяжелый пациент, которому нужна помощь, — Никс.

Никакие воспоминания о том, что наша встреча всего лишь гон, не действовали. Я даже головой встряхнула, стараясь понять, что со мной не так, но не могла найти причину.

Это было из той же серии загадок, что и вопрос, как я могла отдаться незнакомцу на пожарном пролете прямо среди зимы. Ладно, у него гон, а у меня что? Дурость на фоне стресса?

Я уже была на первом этаже, когда на другом конце коридора из перпендикулярного хода раздался звук нескольких пар ног и шуршание колесиков каталки.

Белый халат Леона, капельница в руках медсестры и три фигуры в темном. На каталке какое-то коричневое небольшое животное.

Мне показалось или у одного из сопровождающих пепельные волосы?

***

Никс

Кошак есть кошак. Тем более леопард. Сколько бы песец ни сталкивался с ними, каждый раз убеждался, что они себе на уме. Одиночки, которых трудно чем-то пронять. Спокойный настрой врача, с одной стороны, успокаивал, с другой — доводил до песцового бешенства. Когда всю команду охватил тремор, леопард двигался вальяжно, будто жизнь Майконга не висела на волоске.

Но Никс слишком много повидал на своем пути, чтобы поверить в хорошее при таких жизненных показателях Майконга.

Скорее он поверит, что этот врач – самодур. И зачем они только притащили саванного лиса сюда? Как же бесило, что других вариантов действительно не было.

Врача не ускорило ни обещание любых денег за спасение жизни, ни команда из кучи оборотней на взводе.

От леопарда в белом несло лекарствами, как от фармацевтической лавки. Хотелось промыть ноздри, пожалев чувствительный нюх.