Второй шанс: жизнь, любовь или смерть

Что там может быть такого страшного? Решив, что матушке виднее, но от своего я не отступлюсь, печально вздохнула, готовясь расстаться с семьёй.

Все мои вещи были уже убраны в багажный отсек кареты. С собой я взяла мало что из гардеробной, только самое важное. В академии действует своя форма, и мои платья, к глубокой печали, не разрешат надеть. Из всего что я узнала, пока готовилась, поняла, что с яркими платьями точно попрощаюсь на семь лет. В академии ученицы одевают платья только трех цветов. Первый и второй курс — светло-серый цвет, с третьего по пятый — голубой, а с шестого по седьмой — белый.

— Ну вот и всё. Мне пора отправляться.

— Дорогая, будь осторожна.

Валентина полуприсела и крепко обняла. Теплые объятия были приятны, но ощущение чужих рук приводило меня всё ещё в замешательство. Я не переношу ничьи объятия, кроме брата, поэтому невольно сжалась всем телом. Посчитав мысленно до десяти, я подождала, когда меня выпустят и улыбнулась, как только почувствовала себя более свободно.

Когда матушка отпустила меня, её место занял отец. Он не обнял меня: вместо этого чинно сложил руки за спиной.

— Береги себя. Учись прилежно. Не тревожь просто так преподавателей, — он говорил сухо и с каменным лицом, ни одной лишней эмоции не проскользнуло. — Не позорь род.

— Да, отец.

Опустив голову, я молча выслушала его. Не такие слова мне хотелось услышать от родного отца. Но сколько его помню, он всегда был таким холодным, поэтому я не удивлена.

Когда я уже мысленно собиралась садиться в карету, неожиданно мне на плечо почти невесомо легла большая рука. Удивлённо посмотрев вверх, я увидела отца, который с тихой грустью смотрел на меня. Под необычно мягким взглядом рука мужчины слегка погладила плечо.

— Будь осторожна.

Вроде всего два слова, но то как отец произнес их. Искренне, я бы даже назвала это «с любовью». Как же хотелось вновь услышать подобное. Но ничего: впереди ещё много времени.

— Вы тоже позаботьтесь о себе с матушкой, — отвечаю с такой же искренностью и своей теплотой.

— Тебе пора отправляться в путь, — как очевидный факт, констатировал отец.

Рассеянно кивнув, я поклонилась родителям и, развернувшись, направилась к карете. Там меня уже поджидала Элен с несколькими рыцарями и сэром Люком, который уже открыл мне дверцу. У самих ступенек я остановилась, чтобы в последний раз посмотреть на поместье, в котором родилась и провела всё детство.