Сердца чуждых миров, или Строптивая невеста

— сослали меня сюда за одну провинность, вот и мучаюсь.

— Не только вы мучаетесь, — ехидно заметила девушка.

— Ну, так помоги, раз ты такая ловкая! За неделю успеешь чему-нибудь научить?

Вот когда пришлось пожалеть, что дома ленилась и не особенно вникала как готовит мама. Однако Берлуна отказываться не стала, рассчитывала воспользоваться переговорным артефактом и выведать у матери что-нибудь полезное.

Так началась непредвиденная трудовая деятельность, а точнее, взаимовыгодное сотрудничество исполитянки с горе-поварихой.

В первый день они, действительно, собирали траву. Туниш добавляла рубленую зелень в похлёбку. Поскольку огорода в пансионате не нашлось, просто ходили по лужайке и дёргали всё, что выглядело более-менее аппетитно. После пятого вопроса «как это называется» повариха взорвалась:

— Трава! Как ещё это может называться? Вэллар я реально готова пришибить тебя за тупость!

Берлуна пропустила угрозу мимо ушей, рассматривая сорванную ветку:

— Похоже на лебеду. Никогда не думала, что это едят.

— Кто из нас кому помогает? — бурчала Туниш. — я полтелеги нагрузила, а ты только рассматриваешь да принюхиваешься!

— О, смотрите! Черемша! — Берлуна сорвала былку, растёрла между пальцами и с удовольствием потянула ноздрями воздух. — Точно черемша, очень похоже.

— Фу-у-у… — поморщилась повариха, — слишком резко. Этой травой всю похлёбку испоганишь.

— Ничего подобного! Нужно меленько порезать и бросить в самом конце. Будет обалденно.

— Не знаю, — с сомнением качала головой Туниш, — стоит ли пробовать.

— Стоит-стоит, — Берлуна принялась лихорадочно срывать и складывать в туесок понравившуюся травку. — Если не верите, добавьте на пробу прямо в тарелку.

— Будь по-твоему. Рви пока эту, а я продолжу… как ты говоришь, лебеду? Короче, другую траву буду рвать.

Похлёбка в тот день получилась на удивление вкусной, что отметили не только воспитанницы, но и директриса. Она нарочно заглянула на кухню и поинтересовалась, какими заклинаниями приправляли.

— Да не-е-е… что вы, сайра, — с улыбкой отнекивалась Туниш, — нечто я не знаю правил: никакого лишнего колдовства.

— Ты не корниянка, часом? — взглянула на кухаркину помощницу директриса.

Берлуна не поняла о чём речь и пожала плечами, она ещё не решилась признаваться, что понимает лифнцкий. Выслушала объяснение на исполском и сказала:

— У нас не было специальной расы для выращивания и приготовления еды.