Сердца чуждых миров, или Строптивая невеста

— Послушайте! Мы не привыкли к таким штукам!

Бугай криво усмехнулся, шрамы на скуле стали ярче:

— Уверяю, путешествовать по воздуху безопаснее. У меня нет людей для вашей охраны, все они отправляются с обозами. Сомневаюсь, что вы сможете отразить нападения разбойников.

— Э-э-э… — захлопала ресницами Тульяна, — зачем разбойникам нападать на несчастных беженцев? У нас ничего нет!

— Глубоко заблуждаетесь, дамочка. Вы несказанно богаты. У вас есть потенциальные невесты — а близняшки совсем скоро смогут давать согласие на брак — это лакомая добыча, нельзя доверять её кучеру и двум неловким защитникам.

— Разве вы… — Турьяна уловила главный смысл сказанного, — разве вы не будете сопровождать нас, генерал?

— Я занят, не обессудьте. Если настаиваете, поищу телегу и лошадь.

— Нет! — вмешался отец семейства, — мы полетим.

Он первым двинулся к маголёту — так, на исполский манер, окрестил здешнюю повозку Кванк. Бывшая до этого неразличимой дверца, отделилась от корпуса и поползла вверх, открывая чрево. Жорж уверенно шагнул внутрь, выглянул и удивлённо спросил:

— Почему здесь только шесть кресел?

— Вполне достаточно, — сердито заявил генерал.

Он повернулся к скромно стоявшему в стороне мужчине в таком же кожаном комбинезоне с заклёпками, рубахе и шлеме, выкрикнул несколько рубленных фраз по-лифнцки. Тот шустро побежал к эллипсоиду и принялся подталкивать девочек, помогая им забраться в салон.

— Приказал доставить вас на задворки своего столичного дворца, — пояснил Кванк разволновавшейся Турьяне.

— Это что же? — огорчённо шептала та, — ты с нами не полетишь? Как же так?

Бывший сталкер только плечами пожал:

— Иди, а то как бы и тебя не забыли.

Женщина послушалась, побежала к двери. Все Вэллары расселись, сопровождающий погрузил их багаж и вопросительно посмотрел на генерала, тот молча покачал головой, обернулся к сталкеру:

— А вы?

— Но там нет больше места, — растерялся Кванк.

— Идите. Скажите невесте, чтобы вышла. Берлуна будет путешествовать со мной.

— Как? Вы обещали, что девочка ещё год…

— Честно говоря, вашу племянницу страшно показывать друзьям и знакомым. Под маминым крылышком она не окрепнет. Пусть её воспитанием займутся в пансионе. Будьте уверены, никто не узнает Берлуну через год.

Дискуссий не подразумевалось. Кванк поплёлся к повозке, лихорадочно перебирая в памяти все имевшиеся с собой артефакты. Запустил руку в магическую котомку, запросил у неё охранный амулет и медальон для связи.