Защити меня, ректор

А те, кто будет сомневаться слишком громко, сами рискуют отправиться следом.

Хьюго только кивнул. Какое-то время оба молчали, потом юноша подошел к окну. Снаружи начало темнеть, то там, то здесь зажигались разноцветные магические фонари.

– Может, это месть, – предположил воспитанник сеньора Хименеса. – Просто какая-то женщина решила свести с вами счеты. Женская месть – дело такое.

Рикардо только кивнул. Кому как не этому молодому человеку знать, на что могут быть способны обиженные женщины, особенно, если они владеют магией.

– Тогда мстят дяде, а мы и предположить не сможем, кто именно.

– В таком случае, вам остается одно, пройти эту самую проверку.

– Такая мелочь, – усмехнулся мужчина. Потом подошел к окну и положил руки на плечи воспитаннику. – Ничего, мы с тобой справимся и с этим, и с твоими проблемами. Я обещал, значит, все решится.

– Да, сеньор, – юноша снова вздохнул. – Да что там, вы и так сделали для меня слишком много. Мне с вами никогда не расплатиться.

– Ох! – раздалось от двери.

Мужчины повернулись, чтобы увидеть брюнетку, которая еще несколько мгновений с удивлением смотрела на них, после чего захлопнула дверь. Рикардо бросился за ней, но к тому времени, как добежал до лестницы, женщина исчезла.

– Демоны, – вернувшись в комнату, выдохнул мужчина. – И что теперь обо мне будут думать?

– Что будут думать. Не знаю, – улыбнулся воспитанник, – но одни решат, что надеяться на ваше внимание бессмысленно, другие же попытаются убедиться во всем на практике.

– Демоны, – еще более эмоционально произнес ректор. И подумал, что очень вовремя встретил эту Мануэллу.

***

– Ну, ты даешь, – когда подруга закончила рассказывать, выдохнула Эстер. – Я даже не знаю, сочувствовать тебе или поздравлять.

– И я не знаю, радоваться или место для могилки присматривать, – вздохнула Мануэлла. – Федерико, когда узнает, будет вне себя от ярости. Очень быстро меня прибьет по-тихому и ночью в парке прикопает.

– Никто и пальцем тебя не тронет, – возразила подруга.

– Зато меня могут благополучно начать заваливать наши преподавательницы, – возразила ее подруга, – Ведь многие из них на ректора стойку сделали. Молодой, красавец, опять же, свободен. А тут такой поворот событий.